Книга Вепрь, страница 156 – Николай Иванников

— Да-да-да, мне нужна блондинка. В какой она квартире, ты мне не подскажешь?

— А они вместе живут. Поселились в восьми десятой, у Лебедевых.

— Спасибо, мальчик, — замогильным голосом поблагодарил Ахмет.

— Как, спасибо? А деньги?

— Какие деньги? — Ахмет очень удивился.

— На чай. За информацию.

— Ну ты даешь! Тебя как зовут, мальчик?

— Витька. Котомкин.

— А ты почему не в школе, Витька Котомкин?

— Я и так все знаю. А труд должен вознаграждаться.

Покачав головой, Ахмет достал из бумажника десять тысяч и подал малолетнему вымогателю.

— Держи, Витька Котомкин. И прекращай готовить себя в лакеи.

Мальчишка, очень довольный свалившимися ему на голову деньгами, торопливо захлопнул дверь, пока странный гость кавказской наружности не передумал.

Ахмет вызвал лифт. Поднялся на восьмой этаж, подошел к восьмидесятой квартире и постучал. К двери кто-то подошёл.

— Кто там? — спросил осторожный женский голос.

Ахмет нахмурился, покачав головой: это была не Славянка.

— Извините, пожалуйста, — он слегка наклонился к двери, — это квартира Лебедевых?

— Да.

— А как бы мне услышать Морозову Ярославу?

Последовало продолжительное молчание. Потом голос осторожно спросил:

— А кто её спрашивает?

— Передайте, что её спрашивает Ахмет, я от Елизаветы Петровны Ливергант. Она поймёт.

— Ах, так вы от Лизаньки! Да-да, она рассказывала!

Дверь перед ним распахнулась, и Женька Носова предстала перед ним во всей своей красе: в той же полупрозрачной блузке, из глубокого выреза которой выпирали наружу ее женские прелести, и в коротенькой юбочке, выставляющей на обозрение её стройные ноги.

Впрочем, сейчас ему было глубоко наплевать. Едва только дверь перед ним открылась, он шагнул в прихожую, небрежно отодвинул Женьку с дороги и заглянул в комнату. Потом в другую. Повернулся к Женьке.

— Где она?

— В ванной. А что это вы…

Не слушая ее, он, снова отодвинув её с дороги, подошел к двери ванной и дёрнул за ручку. Заперто.

— Кому там не терпится? — сквозь шум воды спросила Славянка. — Это ты, Женька? Вылезаю я, вылезаю, не дёргайся!

Ахмет взялся за ручку двумя руками и рванул изо всех сил. Дверь сухо хрустнула, появилась щель. Он рванул снова. Дверь раскрылась, и Славянка, стоявшая под душем, ойкнув, присела.

— Вылезай, — потребовал Ахмет. — Быстро.

— За…зачем? — от неожиданности Славянка начала заикаться.

Сдёрнув с крючка большое махровое полотенце, Ахмет бросил его девушке.

— Быстро, — повторил он. — Я не собираюсь тебя ждать.

— А что случилось? — она торопливо заворачивалась в полотенце. — Что за срочность? И зачем ты сломал дверь?

Вместо объяснений Ахмет выдернул пистолет и выстрелил в умывальник. Расколовшись, он со звоном осыпался на кафель. Славянка с визгом вскочила на край ванны, Женька тоже визжала, зажав уши ладошками.

— Заткнись, сука, — пистолет, больно стукнув по зубам, втиснулся ей в открытый рот.

Женька тут же смолкла.

Ахмет, одной рукой обхватив Славянку за талию, поставил её перед собой.

— Диск у тебя?

— К-какой диск?

Тяжёлая оплеуха заставила её понять, о каком диске идёт речь.

— Да, он у меня…

— Давай. Быстро.

Он втолкнул её в комнату, затащил туда же Женьку, приставив ей к виску пистолет.

— Поторопись. Мне нужен диск. И одевайся. Ты мне тоже нужна.

Не отводя от неё прищуренных от ненависти глаз, он внимательно наблюдал, как Славянка, с испугом поглядывая на него, копается в своей сумке. Вдруг перед его взором появилось окровавленное, изуродованное лицо его маленькой хозяйки, перепуганной и почти голой, на которую всего час назад какая-то сволочь точно так же направляла пистолет и требовала компакт-диск. У неё не было диска, и сволочь эта со злости сотворила с хозяйкой такое…