Книга Тринадцатый) Том 8, страница 86 – Андрей Северский

Сегодня на ведьмином кругу в Чёртовом лесу собрание посвящённых: Ра в теле Блэйда, «физическая» аватара Мараны, Гран и я. Это не считая ещё двух «объектов» — связанного Нелюдя и полного костяка огра-разрушителя ЕртБартана, убитого ещё единым Тринадцатым, перетащенного сюда из Диких Полей. Останки огра здесь по той причине, что мы не нашли никого другого на роль возможного «рыцаря тьмы», да и то, его сути-души для «оживления» не наблюдается, именно поэтому в ритуале участвует Нелюдь.

— Готов? — спрашивает Ра-Блэйд.

— Готов.

Открывается портал, из которого голем Шах вытаскивает ритуальный камень, нагло утащенный у племени орков в ходе выполнения задания бывшей княгини лунных альвов Эльвинулиэны.

Гран помогает перетащить и распять на нём Нелюдя. Камень, на котором выключались все функции игры, и костяк огра лежат в центре пентаграммы, что мы «придумывали» все вчетвером, ведь это первое дело такого толка даже для Мараны — потребуется связать воедино две противоположности, живое с неживым.

Пора начинать. Блэйд-Ра подаёт мне кинжал, которым Лёха-Столикий пытался убить Тринадцатого. Режу артерии Нелюдя, набираю его кровь, Гран помогает — разливает её по ключевым точкам и линиям, делая пентаграмму активной.

Продолжаем, кинжал адмов без какого-либо напряжения вскрывает грудь мычащей жертвы-донора, достаю сердце и помещаю в загодя приготовленную филактерию, покрытую руническим текстом от Ра и Мараны для должной работы. Аватара богини жизни и смерти пока не даёт Нелюдю умереть, но стоит поспешить. Гран принимает филактерию с сердцем и начинает крепить внутри грудины огра.

У меня впереди ещё один очень неприятный момент — разворачиваю кинжал, и, лишь бы не переборщить с силой удара, раскалываю череп, доламывая руками, тороплюсь. Вторая ипостась Ра уже наготове, кладу мозг во вторую филактерию, также покрытую руническим орнаментом. Как можно быстрее закрепляем филактерию в огромном черепе огра, тем самым выходя на финальное действо.

Блэйд-Ра, наблюдавший в тонкомирном зрении, чтобы суть Нелюдя не покинула нас раньше времени, кивает аватаре Мараны, та прекращает поддерживать жизнь. Затем тело донора охватывает божественный огонь, быстро пожирая его, оставляя суть без вместилища. Сейчас самый тонкий момент — Блэйд-Ра буквально «запихивает» суть Нелюдя в филактерию с сердцем, затем окончательно запечатывая сосуд.

— ВОССТАНЬ!!! — встав на вершине звезды-пентаграммы, как будущий хозяин, командую лежащему костяку.

Я заранее готов к астральной боли от передачи части жизненной силы новому ходячему трупу, так что она не застала меня врасплох, как в прошлый раз. Костяк высотой в два моих роста дёргается, словно припадочный. Руки пытаются нащупать точку опоры, «оно» переваливается на бок, упирается в землю, неуверенно поднимается.

Череп огра-нежитя слегка наклоняется, словно пытаясь несуществующими глазами рассмотреть новое тело, а затем поднимается к небу с широко раскрытой нижней челюстью. Присутствующим в окружающей абсолютной тишине чудится-слышится звериный рёв отчаяния бывшего человека.

— СЛУЖИТЬ! — пресекаю попытку неповиновения своего нового слуги с привычной уже кликухой «Нелюдь».

— Считаю, что опыт прошёл успешно, — высказывается аватара Мары.

— Скорее всего, подобного нежитя ни один из моих доноров крови никогда не встречал, — соглашается Ра в теле эльфа-спутника, — Шах, уноси камень, — этот «девайс» по-прежнему прячут в недоступном месте.