Книга Битва за Алтарь, страница 13 – Андрей Северский

— Прячемся, пусть сами прибегут в ловушку, — командую бойцам.

Замысел удаётся, девять приматов под предводительством очередного йети попадают в окружение, даю гвардейцам уничтожить их — не стоит быть слишком жадным со своими.

Поглощаем опыт, Система сигнализирует о завершении миссии. Если продолжится также — неплохо прокачаемся.

Вскрываем грудины, достаём камни маны. Несмотря на мои бывшие опасения, Хелена давно спокойно смотрит на это действо, обезьян ей ни капли не жалко. Возможно, тут и психосоматика поработала.

Я со смартфоном в руке пытаюсь разобраться, удобно нам отсюда добираться до российской границы или попытаться «улучшить» своё местоположение. Что, однако, не совсем надёжно: в описании миссии показывается расстояние до точки, но не направление — улететь можно в любую сторону. Попробовать вернуться в регион Москвы через Одина было бы проще, но слишком часто приставать к покровителю с криками «дай, дай, дай!» не хочу, наглых попрошаек не любят во всём мире.

Тем более, проблема решаема своими силами. До Хабаровска всего тысячу сто километров, со Смольниковым Володей из Польши больше проехали. Хотя, погоди. Замеряю расстояние до Владивостока, выходит девятьсот шестьдесят, гораздо лучше, туда и рейсов больше. Находим машину любым способом и вперёд!

К нам начинают стягиваться местные жители, что-то вереща не хуже обезьян.

— Глэйт воллиос! Глэйт! — пытаются они разговаривать на английском.

Не отходя от кассы, начинается народное гуляние, китайцы заполоняют всё вокруг, вообще дебилы? А если бы были другие члены стаи? Это мы знаем, что миссия завершилась — значит, перебили всех из этой пачки. Но даже мы не расслабляемся, по закону подлости рядом может оказаться и другой враг.

— Слышь ты, глэйт, — перехожу на «официальный» китайский, родом как раз с севера страны, — нам нужна машина. Хорошая машина, куплю, понял?

— Да, господин, всё сделаем! — оборачивается, и кричит что-то непонятное, диалекты в Китае распространены очень широко. Настолько, что многие лингвисты считают их отдельными языками, и внутри «больших диалектов» выделяют десятки малых.

— Командир, они трупы обезьян утаскивают! — сообщает Шнырь по радиоканалу.

Товалищи и длузья (хорошо, хоть в блатьев не записали), это ни в какие рамки не лезет! Хотите трупы системных животных — зуб даю, китайские «медики» уже установили, что настойки и мази из частей их тел дают сногсшибательный оздоровительный и омолаживающий эффект, а также поднимают потенцию в небеса, — гоните джип!

Не успел я начать гневно возмущаться, слышится крик со стороны китайцев, толпа резко отхлынула от нас в стороны, оставляя напротив стрелков с дробовиками, голос Алексея запоздало надрывается: «Шухер!».

Предупреждение от чувства опасности не успело: примерно полтора десятка ружей картечью шмаляют по нашей группе. Семеро дружинников падают. На ногах остались мы с Сашей, как обладатели покрова праны, Шого, стоявший за мной, и Серый, прикрывшийся щитом маны. В меня прилетело содержимое как минимум двух патронов.

Приглашения в сумку не разосланы, в последнее время это шло внутри боевых троек. Я выслал лишь «своим»: Смолю, Серому и Шого.

— Сумка! — убрать из-под удара хотя бы их.

Повторный выстрел китайцев, и по лежащим и по стоящим — по мне херачат уже из пяти стволов. Выхватываю из цэ-кольца СР-3М, очередь стегает широким полукругом, поражая как виновных, так и стоящих рядом. Толпа в страхе и ужасе шарахается прочь.