Книга Кровь на мече, страница 97 – Андрей Северский

— Есть, - заезжаю на парковку.

— По вашему приказанию прибыл! – захожу в кабинет начальника, где, вполне естественно, ожидает Пётр Николаевич. Подполковника почти сразу выпроваживают.

— Ты что творишь? – на повышенных тонах начинает представитель президента, напоминая наезд Одина.

— Пётр Николаевич, тон сбавьте, не с подполковником разговариваете, это во-первых, а во-вторых, что я такого натворил?

— Не придуривайся, камеры в ресторане всё запечатлели, и тебя, и Александру, и тех, кого ты убил. В их среде поднялся нешуточный ажиотаж!

— Я кого-то убил? Под камерами? Можно глянуть записи или увидеть тела убитых? Нету тела – нету дела, слышали такую поговорку следователей? Если вы не в состоянии быстро и решительно погасить ажиотаж в их среде, этим заняться мне?

— Куда ты дел их тела?

— Я??? Мне кажется, их призвала Система в качестве новых игроков на миссию, которую они провалили. Так откуда мне знать, где их тела?

— Я не я, и корова не моя… - пробормотал ПППН, - Ясно! Учти, номер твоей машины они уже знают. И фото твоё и Александры Скворцовой с камер есть, ей придётся некоторое время пожить прямо здесь.

— Правильно, сотрудник ФСО должен быть под защитой.

— Лучше предупреди всех, с кем контактировал последние дни. Слишком много тайн у тебя стало от родного государства!

— Если бы родное государство не стремилось посадить на короткую цепь…

— С большим удовольствием, но ведь сбежишь?

— Нет, не дам посадить на цепь. Система ведь может призвать в качестве игрока любого человека.

— Даже так?

— Давайте просто жить дружно, долго и счастливо. Добрый мир ведь лучше хорошей ссоры.

— Уху, в общем, я тебя предупредил.

«Млять, да что такое? Только не прояви твёрдость и решительность, сразу же обвяжут цепями и сядут на шею!» - тихо закипал я после непростого и далеко неоднозначного разговора с представителем президента, - «Стоило некоторое время не приносить ОС, пошло недовольство и претензии».

— Илон, привет. Слушай внимательно, всё серьёзно. У тебя есть кто-нибудь в Москве, у кого можешь остановиться?

— Нет, здесь никого нет, а что?

— Возникли некоторые трудности, уж извини, тебя в них посвящать не буду. Тогда, собирай вещи и перебирайся в отель, сейчас скину тебе денег. Переезжаешь не завтра, а прямо сегодня, поняла? Не заставляй меня нервничать.

— Поняла, сейчас соберусь, не волнуйся.

— Через час позвоню, проверю.

— Я же не успею собраться.

— Ты уж постарайся, ненужное не бери, в новую квартиру новое купишь. Ключи от этой квартиры сдавай, уже не вернёшься.

— Тогда точно за час не успею.

— Тогда не сдавай, позвонишь, позже заберут. Всё, собирайся, завтра, быть может, заеду к тебе.

С Илоной решил, звоню Александре Скворцовой (до сих пор фамилия проходила мимо внимания):

— На базе? У себя?

— Где ещё быть? Мне пока запретили выходить.

— Сейчас подойду.

Коротко переговорили, она уже «созналась» в том, что мы придумали в тот вечер, ожидаемо.

— Хранилище маны полное? Призову Сергея, пора уже возвращать в строй.

«Колдовали» над ним около получаса, телесные травмы вылечены точно, насчёт душевных не знаю, но Саша старалась.

— Сергей, в отчёте лучше укажи, что с момента ранения, когда я поместил тебя в сумку, ты ничего не видел, очнулся здесь, на базе. Гораздо меньше вопросов будет.