Книга Кровь на мече, страница 122 – Андрей Северский

Ощущаю странное нарастающее чувство опустошения, не могу понять, что происходит. Пробегаюсь по всем пунктам меню, замечаю, что прана, вместо того, чтобы восстанавливаться, тает приличными темпами.

Тайный взгляд на поиск жизни, яркая засветка прямо вокруг меня! В обычном зрении никого и ничего, оглядываю себя истинным зрением, на поверхности покрова праны «сидят» белёсые сгустки, напоминающие малюсеньких медуз. Когда и как смогли подобраться? Прилетели снизу?

Кинжал в руку, чикаю по медузе, она буквально лопается, понял, срезаю следующую, тянусь к третьей, «стая» внезапно отлипает от меня и бросается врассыпную, почуяли смерть товарищей? Грам в руку, запитка небесной молнии порциями по десятку маны, с меча одна за другой срываются короткие искры, настигающие и развеивающие маленьких паскудников, что решили полакомиться моей мистической энергией.

Один из стоящих в отдалении хобгоблинов внезапно заголосил, чтобы собравшиеся воины уничтожили врага. Да, давайте, только этого и жду!

Гоблины неорганизованной толпой бросаются ко мне, управляемое ускорение, расстреливаю их словно в тире. Попытки же их лучников убить меня блокировались щитом праны. Увидели, осознали, ужаснулись, попытались сбежать. Но очень немногие гоблины смогли уйти с улицы, ведущей к той сторожевой башне, где засел я.

Спускаюсь, призываю всю дружину:

— Ого! Сколько ты тут положил! – удивляется Кот.

— Они сильно недооценили меня, попытались победить числом. Лёх, маску, опыт из стрел опять в карту, - предыдущие порции я уже высосал, получив пятьдесят восемь ОС, - Сура, поднимай дрон с камерой ночного виденья.

Закончили с трупами, двинулись к центру поселения. С воздуха обнаружили засаду, подошли ближе, засветили сканирующими умениями и уничтожили гоблиноидов.

После данного происшествия деревня словно вымерла, попрятались по домам? Думаете, спасёт? С ноги выношу дверь ближайшего, где биолокацией видны живые цели. В комнате встречает то ли хозяин дома, то ли его старший сын с деревянными вилами в руках. Даже не смешно, перерубаю черенок, отчего малорослик шарахается назад, обо что-то запинается и падает на пятую точку. Шаг вперёд, замах саблей…

Наперерез бросается гоблинка в платье, крича: «Нет!» и закрывая горе-воина своим телом. Пошедшая было вниз рука с саблей замирает. Недовырезанные остатки совести не позволяют убить ни её, ни его. Несмотря на свои собственные слова о допустимости и необходимости убийства всех подряд, стать чудовищем, безразлично пожирающем всё вокруг, не смог. Своим сумасшедшим поступком данная гоблинка спасла целое поселение.

Опускаю руку с саблей:

— Найди старших, передай им: жду на центральной площади в течении двух тысяч ударов сердца, поговорим о выкупе. Не придут - сожгу деревню!

Выхожу из дома обратно на улицу:

— За мной! – увожу отряд на улицу, откуда началось вторжение, собираем тела убитых, так как чувствую, что больше здесь никого не убью, если только не спровоцируют нападением.

— Товарищи, идём на переговоры, стрелять только по моей команде, бдительности не терять!

Выходим на центральную площадь, вскоре вижу двух хобгоблинов, направляющихся к нам.

— Что ты хочешь от нас, убийца? – вопрошает вставший позади хоб.

— Для переговорщика у тебя очень плохие манеры, которые могут привести к мучительной смерти, - направляю в небесную молнию Грама пять единиц маны, еле заметная искра бьёт в ногу говорливого, тот вскрикивает и начинает растирать место попадания.