Книга Часовой: Владыка Севера, страница 5 – Максим Шторм, Дейлор Смит

— Алексей, — внимательно глядя через разделяющее нас столешницей рабочего стола расстояние, заговорил Кречет. Горящая масляная лампа бросала на его благородное грубоватое лицо весёлые тени. — Когда вернёшься обратно в Лютоград, все изменится. При любом раскладе. Чем бы не закончилась твоя поездка. Ты это понимаешь?

Потерев небритый подбородок, я горько усмехнулся.

— Наверно, более, чем все остальные, капитан. Но прежде чем вы решитесь мне это сказать, позвольте высказаться и мне.

— Разрешаю, рядовой, — вернул мне понимающую усмешку командующий.

— Я обязательно постараюсь вернуться. Сейчас я как никогда раньше научился ценить жизнь. И понимать, что большая ответственность требует долгой и плодотворной жизни… Время… Времени всегда не хватает, да. Но я не собираюсь гнить в столичных казематах, будьте уверены. Я вернусь. И наш край превратится в краегульный камень всех северных земель. Мое наследие вернется из небытия. Имя Бестужевых снова будет у всех на слуху. Я сделаю все, чтобы мы были так же сильны и независимы, как и во времена моего прадеда, Владимира.

Кречет, немного помолчав, негромко заговорил. И в его голосе сквозила неприкрытая усталость.

— Значит, тогда и погутарим. О чем, ты и сам понимаешь, не маленький… Эх, ты не представляешь, как бы мне хотелось, чтобы Сашка сейчас был жив и сидел здесь, вместе с нами.

Поднимаясь на ноги, я с чувством сказал, дёрнув уголком глаза:

— Спасибо вам, капитан. За все, что сделали для меня и моей сестры. Вы лучший наставник и командир для Часовых, который только может быть.

Кречет, покачав головой, махнул рукой и нарочито ворчливым тоном произнёс:

— Наставник… Нас стало ещё меньше. Еще нескоро мы сможем пополнить наши ряды, Бестужев. К нам и раньше слали абы кого с каждого выпуска, да и то в ограниченных количествах. А сейчас…

Твердо глядя на капитана, я сказал:

— Если в Новограде все пройдёт так, как должно, обещаю что-нибудь придумать по этому поводу.

И сейчас, разговаривая с Алисой, в последнюю ночь перед утренним отъездом из Лютограда, я сделал то, о чем давно уже подумывал. Вытащив из внутреннего кармана форменной куртки перехваченную кожаным ремешком толстую истрёпанную тетрадь, я протянул ее Алисе. У меня было время дочитать дневник моих предков до самого конца. До последних, сделанных рукой нашего отца записей. И я знал, что Алиса сама должна прочесть это.

Немного недоуменно посмотрев на меня, она осторожно взяла дневник и, прижав его к груди, с внезапным волнением спросила:

— Что это, Лёшка?..

— Это тайный дневник наших пращуров. Начатый нашим прадедом, Владимиром. Его продолжал и наш дед и наш отец. Сразу скажу, самой интересное и важное в начале и конце. Дед, Михаил, был довольно немногословным человеком. И не очень любил доверять свои мысли бумаге. Наверно, рано или поздно и мне придётся что-то сюда втиснуть. Но… Пока не до этого. Я думал взять дневник с собой и дать его почитать государю. Но… Я не хочу, чтобы его страниц касались чужие руки. Постарайся, чтобы никто его у тебя не увидел. Об этом записях знают только Игнат да наш капитан.

Алиса, глядя на старую тетрадь, как на самую величайшую ценность в мире, тихо спросила:

— Ты уверен, братик?

— Абсолютно, — я был предельно честен и в самом деле так думал.