Онлайн книга «Bраг Империи»
|
Однако взятого в плен опасного преступника и коварного предателя барона Вениамина Рыкова, посаженного под замок и закованного в кандалы, Кречет отпускать отказался наотрез. Его судьбу должен решить высший государственный суд. А пока он побудет в полной безопасности здесь, на уютных нарах со свежей соломкой в одном из самых глубоких подвалов замка. В одночасье лишившиеся командования офицеры были вынуждены согласиться со всеми словами грозного капитана Тринадцатой Стражей. В тот же день все занятые на земле моряки, Часовые Второй Стражи и сотрудники следствия были возвращены на борта и огромные боевые крейсеры начали готовиться к отлёту. Сержант Корнедуб все время находился в лихорадочном мандраже и бухтел, что зря они не реквизировали пришлые незванные суда в свою собственность. Рогволд мрачно прердрекал, что вероятен шанс бунта офицеров Императорских кораблей. Но Кречет был уверен, что разум этих людей возобладает над страстью. А еще Кречет надеялся, что его письмо дойдет до адресата и престарелый Князь сможет убедить государя не рубить сгоряча. Им же всего лишь надо немного времени. Времени, которого Алексею будет достаточно, чтобы раз и навсегда смыть с себя грязные беспочвенные подозрения и обвинения в измене. Но до той поры, пока Бестужев не предъявит на суд Высшего государственного совета доказательства своей невиновности, Цитадель будет продолжать оставаться на осадном положении. * * * — В Цитадели объявлено осадное положение? — я не мог поверить тому, что только что своми ушами услышал от поздно вернувшегося в гостиницу Франка. Принесенные им свежие новости были просто невероятными. Ай да Кречет, ай да капитан! Признаться, подобной выходки даже от него я не ожидал. Значит, значит, не все потеряно. В принципе, я могу хоть завтра вернуться в замок Часовых, обнять свою сестру, Алену, увидеть сержанта и капитана, Рогволда… Всех, кого я мог с полной уверенностью назвать друзьями. Подобные новости явились для меня наилучшим лекарством. О чем не преминул заметить добродушно усмехающийся доктор Фон Шнайдер. — Ну, полноте, Алексей, полноте. Конечно, я очень рад за вас. Но все же рекомендовал бы, по крайней мере, хотя бы до завтрашнего полудня побыть здесь, под моим наблюдением. Далее вы вольны распоряжаться вашей жизнью, как вам будет угодно. И… Чертовски жаль графа Василия Кулагина. Когда я узнал о его гибели, до последнего отказывался верить. Думал, что, возможно, он все-таки выжил… Я знал его, когда-то спас от верной смерти. И он был достойным человеком. Я мрачно кивал, отодвигая в стороны пустые тарелки. — Одним из лучших, что я знал. Человек чести и настоящий дворянин. И если бы не гнусные предатели, все ещё затаившиеся, подобно крысам, в Цитадели… Франк, как огромная гора застыв подле жарко полыхающего камина, повернувшись в мою сторону, пробасил из-под низко надвинутого капюшона: — А вот здесь, пожалуй, я смогу тебе помочь. — Помочь? — я аж привстал, как клещ впиваясь в последние слова великана. Издав смешок, Франк взмахнул громадной ручищей и сказал: — Да, думаю, смогу. Как я понял, доктор не все тебе успел рассказал о цели нашего нынешнего визита в Лютоград, которая совершенно случайно вновь свела вместе наши с тобой дорожки. Я посмотрел на Герхарда. Тот благожелательно кивнул, уступая слово Франку, и молвил: |