Книга На чужой земле, страница 39 – Максим Шторм, Дейлор Смит

Эту машину вкупе с дневником Владимира я притащу в императорский дворец в Новограде и пусть только потом кто-то посмеет еще раз заикнуться о том, что мой прадед был предателем.

Слышишь, граф Николай Перумов, твои дни сочтены. И получишь ты не Север, а самую глубокую темницу в императорских пыточных подвалах. Хрен тебе, а не мои земли.

Но следует проявлять чрезвычайную осторожность. Старого хищника так просто не заборёшь. Мой прадед прямым текстом писал, что династия Перумовых очень влиятельна, а их род невероятно стар. И что Владислав Перумов был очень странным и опасным человеком, а его внутреняя суть отражала их Фамильный герб. Не думаю, что его внук окажется безобиднее.

Родовым зверем Перумовых являлась гиена.

По мере того, как я все ближе подходил подземной дорогой к Ярограду, туннель начал постепенно забирать все выше и выше. Не скажу на какой глубине к окончанию пути оказались его своды, но думаю, что на несколько метров я все же поднялся. Пока шел, с усмешкой подумал о том, что был бы великий прикол, пересекись этот тайный ход, соединяющий город с шахтой, с одним из свежепрорытых пришлыми тварями грандиозных туннелей, оканчивающихся в холмах, перед выкопанным котлованом.

Спустя ещё какое-то время мой путь оказался завершён. Я остановился в небольшой, рукотворной пещере, с уходящим вверх большим просторным колодцем укреплённой, выложенной кирпичом шахты, и оснащенной сложной системой механического подъемника, напоминающего примитивный лифт. Я всмотрелся в темноту и понял, что выход находится не более чем в пяти метрах над моей головой.

Разумеется, пользоваться подъёмником я не собирался. Не хватало еще скрипом его заржавленных механизмов переполошить всех дремлющих во дворце тварей. Из дневника Владимира я знал, что тайный ход оканчивается в одном из самых нижних ярусов дворца, в его цокольном основании. Выбравшись из туннеля, я должен был оказаться в закрытой и замаскированной подвальной комнате, откуда уже можно было спокойно выйти на нижние уровни.

Кстати, где-то на этих же уровнях находилась и главная герцогская казна Ярограда. Эти знания пришли ко мне сами собой. Память моих предков при помощи проснувшихся наследных Способностей, помимо карт и ландшафта всех северных земель, услужливо мне предлагали перед внутренним взором и другие, не менее ценные картинки и информацию.

Сноровисто взобравшись по покрытым влагой цепям подъемника на самый верх, я мягко, насколько это было возможно в приглушенно жужжащей приводами силовой броне, спрыгнул на небольшой, выходящий из каменной стены приступок. Перед моим лицом оказалась тускло-серая массивная стальная плита, с уже хорошо мне знакомыми рунами на уровне глаз.

И вот теперь я весь превратился во внимание. Грифон, проснувшись, деловито заворочался между моих лопаток. Величественной зверь повёл клювом, словно принюхиваясь, его чувства невидимым зонтом раскинулись, насколько это было доступным и безопасным, на всю округу. Он видел сквозь стены, слышал и осязал все, до чего мог дотянуться.

И, удовлетворённый произведённой разведкой, игриво царапнул меня. Мол, иди, не бойся, снаружи безопасно. Настолько, насколько это вообще допустимо в таком месте. Понимая всю серьёзность ситуации и разлитую в воздухе опасность, Грифон попусту меня не донимал. Ясен пень, что уже находиться по эту сторону границы само по себе чревато нехорошими последствиями для любого человека.