Онлайн книга «На чужой земле»
|
— Да пошел ты на хрен, — фыркнул в усы Корнедуб, усаживаясь за стол. — Я кому угодно готов магарычи ставить, лишь бы быстрее все взад возвернуть! Ну не мое это дело — целой Цитаделью командовать, Ярик, не мое! Хоть поедом меня ешь, а все поперёк горла стоит… Стаканы-то где?.. Усмехнувшись, Кречет выдвинул один из ящиков дубового массивного стола. — Что по «Жаворонку», Федя? Все так плохо, как я думаю? Корнедуб, разливая спиртное, принесшее в комнату приятный резкий запах свежей сливы, мрачно поморщился. — За помин душ наших братьев и выпьем, капитан. Нету их нигде. Как в воду канули. Все досмотрели как положено, проверили, за границу тока не заходили… Но оно и понятно, что нету их более в живых-то. Еще минус один корабль, Ярослав… — Ни в коем случае не допускай Рыкова к нашим делам, — заглотив стакан и немного помолчав, сказал Кречет. — Слава святым, что этот паскудник и сам не хочет не во что влезать. Только тем и занимается, что о мести за набитую морду думает. И хорошо, пусть дальше бесится. Усиль патрулирование западных земель. Что по северу и Стуже? Снова разлив настойку, Корнедуб пригладил усы и, покосившись на затянутое тьмой позднего вечера окно, пробурчал: — Воз и ныне там, Ярик. Что обещал государь в плане поддержки, пошло козе в трещину. Сдается мне, будем форт своими силами восстанавливать. Уж больно самодержец зол на нас. Я с Кулагиным перетерал, так он шепнул, что Коренев ждёт окончания следствия. И готов ждать хоть до белых мух. Император отличается изрядным упрямством. Кречет, скрипнув зубами, стиснул в лапище показавшийся наперсточком стакан. — Как бы на нас не серчал Император, а о рубежах думать должен. Или ему трупа убитого Алексеем некроманта недостаточно? Решил, что и здесь мы ему брехню вешаем, да спектакли разыгрываем? А если вдруг с Безлюдных земель, из тундры, и впрямь что покажется? Тогда что⁈. Корнедуб, снова старчески закряхтев, отодвинул горящий подсвечник, да возложил на стол тряпичный узелок. Развернул, вытащил нарезанное душистое сало и пару крупных очищенных луковиц. — Что тогда? Покуда подхода регулярных армейских частей дождёмся да подкрепления из соседних регионов, своими телами будем под вражеские клинки ложиться. Как и всегда. Сам знаешь. Больно далече мы находимся от цивилизации-то, мать бы ее так. Кречет закинул в рот кусочек сала и спросил, аппетитно жуя: — От нашего пострела какие вести есть? Корнедуб несколько обескураженно покрутил седой головой. — Тут вот и закавыка чудная! Его же не тока ищейки столичные везде выглядывают, но и мои людишки ухо востро держат, чтоб кулагинских опередить. Так вот, пропал наш Лексей, как есть пропал. Словно и не рождался никогда. Сержант, налив по новой, удивлённо встопорщил усы. — Ужо и не знаю, что и мыслить, капитан. Самое плохое порой в башку-то лезет… — Ты мальчишку раньше времени не хоронь, — гладко выбритое лицо огромного Часового посетила холодная зловещая улыбка. — Я-то давно понял, что малец далеко пойдёт… Только другие ещё этого не понимают. Жив он. Спрятался так надёжно, что и всем демонам не сыскать. Все правильно делает… Но вечно отсиживаться он не будет. Чую, затеял что-то Бестужев. Корнедуб обеспокоенно проворчал: — Это меня пуще остального пужает, дружище. Уж больно у мальца голова деятельная, а в заднице словно шило торчит. И где же он сумел так укрыться, что его всем миром отыскать не могут? |