Книга Часовой: слуга Императора, страница 78 – Максим Шторм, Дейлор Смит

Они липли жуткими гроздями прямо над нашими головами, заполняя практически все выходы из верхних штолен. Почему их не было на самом нижнем ярусе, я не знал, но догадывался. Сейчас, стоя в центральном стволе шахты, я отчётливо ощутил доносящийся из двух оставшихся на нашем уровне отводов едкий смрад, вонь разлагающейся мертвечины. И кажется, начал догадываться, чтобы мы обнаружили, если бы пошли по другому пути. Обитающие здесь твари проигнорировали туннель, на конце которого располагалась закрытая железной несокрушимой дверью пещера-схрон. Скорее всего им не особо нравились выбитые на двери охранные руны, написанные магической силой такой мощи, что держали иномирных чудовищ на почтительном расстоянии. Но остальные туннели шахты достались им в полное распоряжение.

А затем… Затем на нас посыпался град из озверевших от ярости, заходившихся в рычании и реве страшных осатаневших существ. Чуждые твари прыгали прямо на нас, сигая из штолен вниз. Настоящий дождь, нескончаемый водопад из десятков, если не сотен монстров, стремящийся залить, поглотить, сбить с ног, покрыть своими телами и растерзать. Некоторые твари, ловко и быстро, на зависть обезьянам, спускались по четырём железным цепям, ведущим к опущенной на дно шахты вагонетке.

Я одним быстрым и отработанным движением завёл руку за спину, сомкнул пальцы на металлической рукояти огромного рунного меча, чуть провернул, отстёгивая застёжки и выводя клинок. Вскинул его в продолжении движения над головой, удерживая двумя руками и готовый отразить первую атаку нечисти. В руках Ярослава Кречета вихрем просвистел взметнувшийся над головой чудовищный боевой молот. Дорофеева закрутила над головой непроницаемый полог из засвистевших мечей. Рогволд, вскинув обе руки, громко выкрикнул непонятные никому слова. С его пальцев сорвались ветвистые, блещущие голубым светом, искрящиеся молнии… Только Александр Лиднер, схватившись обеими руками за ворот поддетой под кольчугу куртки, стоял подле гружённой камнями вагонетки, никак не желая участвовать в предстоящей битве.

Первые твари уже сыпались нам на головы. Пещеру, в которой мы столпились и возносящийся к солнечному дню и выходу из шахты вертикальный туннель огласили оглушающие вопли чудовищных созданий, что нескончаемым потоком накатывались из штолен и, не особо раздумывая, тут же прыгали вниз, стремясь как можно быстрее добраться до желанной добычи, такой близкой, вполне себе досягаемой и как им наверняка казалось, очень вкусной.

И грянула битва. Страшная, яростная, неистовая. Это была не просто схватка, а настоящая бойня. Локальная война на выживание, в которой на кону стояли наши жизни.

И снова, как и было бывало прежде, время вдруг замедлило свой сумасшедший бег, потянулось, размазываясь, и позволяя мне схватывать, обозревать и подмечать многое из того, что было недоступно обычному человеку. Грифон, сделав свое дело, затаился, убрав коготки и не мешая мне выполнять свою работу. Наверное, единственную ту, для которой и был рождён Алексей Бестужев, и ту, что была судьбой и всеми богами предназначена мне.

Я превратился в машину смерти. А черный рунный меч, фамильный клинок моих предков, первый выкованный меч герцогов Бестужевых, предназначенный для поражения нечисти, запел в моих руках.