Книга Часовой: слуга Императора, страница 112 – Максим Шторм, Дейлор Смит

Мы опустились в указанном квадрате, светясь всеми бортовыми огнями, как новогодняя ёлка. Место было выбрано явно неспроста, и уж точно не являлось случайно выбранной точкой на карте.

Просторная, сокрытая ночной мглою поросшая ковылем равнина. Ветер, пригибающий к земле траву, черное мглистое небо, заволоченное угрюмо надувшимися тучами. Ни звёзд, ни луны, ни одного проблеска свыше. Ланской отдал приказ зажечь все имеющиеся на корабле внешние фонари. Садиться в незнакомой местности, рискуя напороться обшивкой гондолы на какую-то хренотень, капитану «Икара» совсем не улыбалось.

Мы спустились по трапу при полном параде. Мы, это я, капитаны Кречет и Ланской, Рогволд и Твардовский. Юный новоиспечённый корабельный маг, пользуясь поднявшейся на судне шумихой, попытался улизнуть, но вовремя был сцапан своим начальником. Я накинул поверх форменной куртки кольчугу, опоясался очередным по счёту табельным мечом. Свой фамильный клинок оставил лежать в общей каюте. Рогволд оделся под стать мне, с руганью натянув на шерстяной коричневый балахон кольчугу и накинув на лысую голову капюшон. Кречет переоделся в чистый офицерский мундир, как и Ланской. И лишь Твардовский обошелся стандартным одеянием корабельного чародея. А то кто знает, что за птица и какого полета решилась нас встретить на полпути в Столицу.

Не исключено, что личным посланником Императора является кто-то из высших аристократов. Я бы даже не удивился, встреть сейчас самого Романа Рокоссовского. И, признаться, очень на это надеялся. Старому суровому князю я почему-то верил. Да и Кречет тоже.

Теперь, далеко не отходя от пришвартовавшегося к земле корабля, нависающего над нами огромной вытянутой сигарой, мы терпеливо ждали высоких полуночных гостей. Снаружи было прохладно, разгулявшийся на просторе ветер норовил забраться под одежду и выдуть остатки накопившегося внутри корабля тепла. Бортовые огни «Икара» давали нам необходимый свет. И мы были как на ладони. Поэтому, нахмурившись, Кречет попросил Ланского вырубить все фонари, кроме проблесковых маячков на поверхности оболочки. И оставить бьющее из открытого за нашими спинами трюма тревожное освещение.

Через несколько минут вдали, над линией горизонта, показался корабль. Так же ярко освещённый алыми и синими огоньками огромный черный гигант, напоминающий вытянутой чернильной тушей, размытой во мраке ночи, низко плывущего над землёй громадного кита. На таком расстоянии мы ни хрена не могли разобрать, и даже обострённое зрение Часовых мало помогало. Корабль и корабль. Огромный, действительно раза в три больше нашего, он плавно опустился примерно в миле от нас, и замер над землёй, подмигивая десятком ярких огоньков. Я, признаться, думал, что «Фёдор Второй» опустится на порядок ближе к нам. Но очевидно, тому, кто по велению государя решил с нами потолковать в столь неурочный час, не считалось зазорным побить о землю свои благородные ноженьки.

Ладно, мы то люди не гордые, подождём. Нам теперь уж точно торопиться некуда. В принципе, особо тревожиться на первый взгляд было не о чем. «Икар» стоял под всеми парами, готовый в любую секунду взмыть в воздух, а уж там, на небесном просторе, он уйдёт от любого боевого имперского гиганта. Мы сами были вооружены, настороженны и держали ухо востро. Находились на территории Великорусской империи, всего лишь в трёх часах полёта от довольно крупного города под названием Захаровск. Нас встречают личные посланцы государя. Так какого черта дёргаться? Стой спокойно и жди разъяснений.