Книга На страже Севера, страница 47 – Максим Шторм, Дейлор Смит

И он был прав. Закрытые ворота форта ничего не говорили нам о том, что, возможно, за ними произошло. Если Стужа непонятно по каким причинам и в результате чего пала, если неведомый страшный враг уже внутри, то он и мог эти самые ворота запереть. И тогда придется решать, что делать дальше. Либо возвращаться на корабль, подлететь к форту и десантироваться сверху, невзирая на повышенную опасность для самого «Тигра», нашего единственного транспортного средства на сотни миль вокруг. Либо же пытаться разобраться с воротами и все же войти в поселение по земле. Ладно, чего гадать, мы почти пришли. Сейчас и будет разбираться по обстоятельствам…

Перед нами выросли пятиметровые стены форта. По меркам северных земель совсем не впечатляющая высота. Закованные в панцири и выглядевшие гигантами Часовые и то возвышались почти на два с половиной метра. Но обветренный, исполосованный временем и непогодой тёсанный камень, из которого эти стены были выложены, внушал уважение. Как и толстенные, обхватом не менее телеграфного столба, дубовые бревна ворот, окованные широченными железными полосами.

Я задрал голову. В узких бойницах расположенных по обеим сторонам от ворот квадратных зубчатых башенок, крытых поверху чем-то вроде гонты, гуляли сквозняки и не было видно ни одного подозрительного глаза, рассматривающего нас сверху. Ворота закрыты. Простые ворота, две створки, никаких маленьких калиточек.

Над нами нависало низкое серое угрюмое небо. Где-то там, среди превратившихся в сплошное покрывало облаков, спряталось холодное негреющее солнце. Впереди была неизвестность.

Корнедуб, поправив глефу, упёрся бронированным кулаком в одну из воротных створок и толкнул, легко приоткрывая могучие ворота. Не заперто. Я переглянулся с невидимыми в смотровых прорезях шлема глазами сержанта. Корнедуб вскинул согнутую в локте левую руку и скомандовал:

— Заходим и рассредотачиваемся. Бестужев и Гаркуша со мной. Рикард и Вуй остаются на воротах. Остальные действуют по плану.

Жужжа силовыми приводами и лязгая механическими суставами, группа вооруженных бронированных воинов вошла в Стужу. Двое Часовых остались стоять на воротах, остальные, рассыпаясь веером, начали расходиться в обе стороны от ворот. Мы же с Петром Гаркушей, немногословным, коренастым парнем, и так дюжим как двухгодовалый бычок, а в доспехах похожий на Голиафа, двинулись за Корнедубом. Сержант, взявшись за металлическое, окованное дополнительными бронзовыми полосами древко чудовищной глефы, пошёл прямо вперед, не сворачивая. Мы пристроились по бокам и чуть сзади.

Гаркуша нес на плече отливающий холодным блеском стали огромный меч, заточенный с одной стороны подобно зубьям пилы. Я же, быстро посматривая по сторонам, был готов в любой момент схватиться за рукоять черного рунного клинка.

И внутри форт-крепость встретил нас таким же опасным, непонятным и жутким молчанием и тишиной. Ощущение, что мы ступаем среди декораций к историческому фильму. Накатывало чувство нереальности происходящего. Какой-то неправильности. Изменить бы ландшафт, облик окружавших нас строений, и погоду, и не отличить бы тогда это на первый взгляд всеми покинутое поселение от классического городка-призрака на Диком западе.

Я прислушался к внутренним ощущениям. Но они упрямо крутили фигу. Даже мой грифон, всегда в подобных случаях в последнее время неизменно просыпавшийся и предупреждающий меня, продолжал мирно дремать. Неужели это только ширма, а наши первые впечатления обманчивы? В поселке нет ничего опасного? Мрачно зыркая из-под капюшона, я сам себе покачал головой. Что-то не верится… Здесь определённо зарыто какое-то крутое дерьмо. Знать бы только где, да умудриться не вступить в него по оба колена разом!