Книга Воин Ордена, страница 18 – Максим Шторм, Дейлор Смит

Я не возражал. Капитан Могильный был прав по все статьям. Согласно кодексу Ордена Часовых мои неудавшиеся убийцы заработали высшую меру — Трибунал. Они были вчерашними курсантами, но успевшими принять присягу. Григорию в некоторой степени повезло. Он уже своё получил и теперь может ни о чем не беспокоиться. Но эта парочка… И вместе с тем я не желал им смерти. Как и не хотел огласки. Поэтому пытался всеми силами добиться расположения капитана «Хорька».

— Этим парням в лучшем случае светит каторга на Уральском хребте или алхимические шахты, — Могильный зевнул. Час был поздний и наш кораблик давно уже мчался сквозь ночь. — И я даже не знаю, что лучше — эта невесёлая альтернатива или же казнь, быстрая и милосердная. А вы, господин Часовой, заступаетесь за этих заблудших овец. Зачем это вам?

— Вы никогда раньше не нарушали правила? — решился я на не совсем тактичный вопрос. Могильный понимающе усмехнулся.

— Последние пятнадцать лет мой порт приписки — это Академия. Работать курьером не шибко пыльная работенка. В эту бытность я повидал всякого, но подобного тому, что недавно развернулось в машинном отсеке, ещё ни разу… Но раньше. Раньше, да, мне случалось, хм, нарушать правила.

Он негромко, словно вспоминая что-то из далекого прошлого, рассмеялся.

— Так зачем это вам? И зачем это мне?

Я замялся, не найдя сразу единственно верного ответа. От того, что я сейчас скажу, и будет зависеть дальнейшая судьба провинившихся Часовых и то, согласится ли капитан «Хорька» списать все случившееся на несчастный случай. Он внимательно, с немного хитрым прищуром смотрел на меня. Я, осторожно подбирая слова, заговорил:

— Мне? Тот, за кого я не стал бы просить, мёртв. Эти двое не совсем пропащие люди. Они будут полезны Ордену. И я прошу за них под свою личную ответственность. Если я начну службу с того, что отдам их под трибунал, то, можно сказать, собственными руками казню их. Я бы не хотел, только принеся присягу о защите Государства и людей, убивать своих же. Оказать бесплатную услугу иным тварям? Только не я. Я не знаю, что сподвигло Григория пойти на этот шаг. Он знал то, чего не знают эти два дурака. Но уже ничего не может рассказать. Сойдёмся на том, что он очень сильно не хотел служить в Тринадцатой страже…

Могильный, улыбаясь каждому моему слову, вдруг сказал, обрывая мою немного спутанную речь:

— Ты наверно не помнишь, Альрик, но когда-то я бывал в вашем Родовом имении. Завозил срочную депешу из Столицы твоему отцу. Был дан наказ передать ему лично в руки. А он в тот момент находился дома. Сколько же тебе тогда было лет?.. Семь, восемь? Уже сам не помню. Ты был в отцовском кабинете, когда он принял меня. Это был единственный раз, когда я посетил ваше имение. И последний, когда видел твоего отца живым. И уже тогда я понял, что ты на редкость понятливый и умный мальчик. Поэтому я повторяю вопрос в последний раз. Что это даст лично мне?

Я невольно вспотел. Опять старые знакомые из моей жизни, которой я не помню и не знаю!

— Капитан, вам известно мое настоящее имя, которое я лишен права произносить вслух кому бы то ни было. Для всех я просто Альрик Безродный. Наследник проклятого Рода, не имеющий за душой ничего. Кроме запятнанной предком чести, у меня ничего нет. И я ничем не отличаюсь от того же сошедшего с ума болвана, который лежит с простреленной грудью. Но вы знаете мою настоящую фамилию. Знаете, что я был и остаюсь дворянином. Когда-то мои предки носили титул герцогов. Сейчас об меня вытирают ноги все, кому не лень. Но однажды… Однажды все изменится. Поверьте мне.