Книга Власть закона, страница 82 – Максим Шторм, Андрей Северский

— Я сразу понял, что тебя нет дома, — продолжил Морган. — Иначе бы она и не звонила. В итоге я отправился по следу Джека, а тебе на дом выслали наряд констеблей.

— Что с миссис Монро? Она точно не пострадала? Ты ничего от меня не утаиваешь, приятель?

Флеминг пожал плечами. Из гондолы тем временем выбрался последний полицейский. Остальные уже давно окружили растянутой редкой цепью поверженный дирижабль. Нетрудно было догадаться, какие мысли и чувства обуревали этих людей. Ведь где-то внутри ДОЛЖЕН был находиться опаснейший преступник. Должен. Констебли были простыми и рассудительными ребятами, не верящими в чертовщину. Не мог же Попрыгунчик просто раствориться в воздухе? Поэтому все, кто был способен держать в руках оружие, не спускали взведенных ружей и револьверов с «Ястреба».

— Сам у неё спросишь. Твоя милая бабуля ухлопала всех троих. Не понимаю, как ей это удалось, но я так же не понимаю и нашего преступного прыгучего гения.

— Ухлопала? — у Джентри отвисла челюсть. — Всех троих?

— Ну, если верить её словам. И кстати, дружище, миссис Монро сказала, что они искали тебя.

Старшему инспектору показалось, что ему за шиворот насыпали горсть колотого льда. Он посмотрел на поезд, где в одном из купе находился вверенный ему под защиту Гордон Крейг. Значит, искали его… Но вот только его ли одного? Или вместе с прибывшим в столицу учёным⁈

Элен вдохнула полной грудью прохладный воздух, пропахший непередаваемым букетом ароматов родного района. Запахи, к которым она с детства привыкла. И которых, оказывается, ей так не доставало всю последнюю неделю. Девушка сошла на омнибусной остановке в самом начале улицы Шестерёнок. Ей хотелось пройти оставшиеся до дома полмили пешком. Посматривая по сторонам, улыбаясь знакомым лицам и вдыхая запахи выдубленной кожи, опавших листьев, железа, машинного масла, дыма. Элен почувствовала, как её губы против воли расплываются в довольной улыбке.

Она бы никому не призналась, но пребывание в течение шести дней в роскошном особняке Гиллроев далось ей отнюдь не легко. И проблема была не в тяжёлой и непосильной работе. Нет, конечно. На неё продолжали давить воспоминания о грязных лапах доктора Аткинса, о сказанных им словах, об увиденном на Рыночной площади, о так волнующем её вопросе об увольнении предыдущих нянек, о том, что же такого случилось со Стефаном, что он превратился в пускающего слюни идиота… Пожалуй, слишком много впечатлений и переживаний за одну рабочую неделю.

Этот выходной, это грядущее воскресенье было необходимо девушке, как воздух, которым она с наслаждением дышала, идя по улице, где с раннего детства ей была знакома каждая мелочь, от выбоины в тротуаре, до покосившейся вывески «Лучшая кухонная утварь» над дверью лавки мистера Саттерфилда. Элен шла домой, к своей семье. И никакое неприятное воспоминание о прошедших днях не могло омрачить предвкушения радостной встречи с мамой, отцом и младшим братишкой. Никакой извращенец в докторском халате не отнимет у неё радость предстоящего заслуженного выходного.

Девушка поёжилась, поплотнее запахивая тоненькое осеннее пальтишко. Хорошо, что она заранее догадалась прихватить с собой в особняк Гиллроев кое-что посерьёзнее платья и шляпки. Стало заметно холодать. Вечерело. Сумерки уже были не за горами, подкрадываясь исподтишка, чтобы набросить на улицу Шестерёнок тёмное непроницаемое одеяло. Но пока солнце, налившись жёлтым уставшим цветом, ещё выглядывало из-за размазанных по небу туч. Оно не грело и напоминало невзрачный тусклый блин. Беспомощное поздним ноябрьским вечером.