Книга Дело чести, страница 64 – Максим Шторм

— Взаимно. Позволите ваш багаж?

— Нет-нет, мне совсем не тяжело! Кстати, а-а-а… Я тут кое-что упустил из сказанного вами. Как вы говорите — «ничего не случилось»? А разве со мной должно ЧТО-ТО случиться?

— Давайте сядем в дилижанс, и я отвечу на все интересующие вас вопросы, на которые я в силах ответить. Сэр.

__________________________________________________________

Невидимке очень не понравился встретивший Крейга человек. Чертовски сильно не понравился. Ни сам человек, ни тем паче его острый пронзающий взгляд. Признаться, на секунду Невидимке показалось, что этот хмурый тип с нехорошим взглядом вычислит его. Во всяком случае, когда неприветливые серые глаза вскользь задели его в потоке вливающихся под своды небопорта пассажиров причалившего дирижабля, Невидимка непроизвольно вздрогнул. Это было неприятно. Неожиданно и от того вдвойне неприятно. Ещё никогда он не дёргался. Играть в гляделки и у самого Невидимки получалось прекрасно. Но у этого парня были глаза точь-в-точь как у него. С той лишь разницей, что Невидимка не считал свой взгляд нехорошим.

Проследовав за учёным и угрюмым типом в плаще до транспортной площадки и проводив укативший с ними запряжённый двойкой вороных рысаков лёгкий дилижанс с зашторенными окнами настороженным взором, Невидимка призадумался. Неприятный парень, дьявольски неприятный. Может причинить немало неприятностей… Конечно, Невидимка нисколько не сомневался в собственных силах и считал, что справится с любыми проблемами, но зачем находить эти проблемы на ровном месте, верно? Кто же этот хмырь?

Невидимка был отлично осведомлён, что Крейга будут ждать, что без присмотра силовиков он не останется. Каналы информации террориста в плане достоверности ещё ни разу не подводили. Но Невидимка ожидал всё-таки увидеть кого угодно, вплоть до вооружённого до зубов взвода констеблей, на бронепаромашине примчавшихся в небопорт, но не одиночку с таким нехорошим взглядом… Само собой Невидимка не собирался брать быка за рога на глазах у множества людей. Время у него есть, а самопожертвование целесообразно лишь в самом крайнем случае. За здорово живёшь приносить себя на алтарь Идеи Невидимка не собирался. Жить он хотел и фанатичным недоумком никогда не был. Но наступи это крайний случай и Невидимка бы не колебался ни секунды. И это не пустая бравада. Это патриотизм. Понятие, порядком подзабытое многими в этой прогнившей словно упавшее яблоко стране.

Пусть едут. Учёный и его сопровождающий умчались, растворяясь в городских дебрях, думая, что смогут скрыться, спрятаться. Не существовало такой норы, из которой Невидимка не мог вытянуть свою законную добычу. Он был охотником, хищником. Универсальным орудием. Террористические акты, взрывы, пущенные под откос поезда? Это одна сторона медали. С другой Невидимку мало кто знал. Он усмехнулся. Он никогда не оставлял ненужных свидетелей.

Двадцать фунтов взрывчатки остались лежать на верхней палубе «Бабочки», надёжно укрытые от любопытных глаз. Дирижабль останется в порту ещё на шесть дней, в кармане пижонского пальто Крейга лежал билет на обратный рейс. Так что взрывчатка будет нелишней страховкой. Невидимка не страдал манией величия и понимал, что от неудач никто не застрахован. Даже господь бог, когда создавал это мир.