Книга Пробуждение бога, страница 64 – Ольга Болдырева, Ольга Ермакова

Арролин Шаред оставил кайлум на большой парковке напротив здания Инквизиции. Тонкую иглу небоскреба, сделанную, кажется, из стекла и солнечного света, можно было увидеть из любой точки города. Она возвышалась над Сиэленом, напоминая и обычным людям, и магам, что есть сила, способная призвать каждого из них к ответу за свои деяния и воздать по заслугам.

Тяжело вздохнув, декан специального факультета заблокировал двери и поставил кайлум на сигнализацию, после чего легко взбежал по высоким ступеням и приложил к считывателю карточку допуска. На ресепшене зарывшийся в кипу отчетов секретарь, быстро поздоровавшись, сразу же сообщил номер кабинета следователя. Арролин, кивнув, направился к лифтам, у которых и столкнулся с нужным ему человеком. Тот, жуя на ходу бутерброд с толстыми кругляшами колбасы, быстро просматривал исписанные мелким почерком листы и едва не врезался в мага.

— Лорд Торгейр.

— Лорд Шаред, — тем же беспристрастным тоном поприветствовал его мужчина и сверился с часами, — как всегда минута в минуту.

— Что тебе нужно? — Арролин в раздражении потер опрятную бородку. У него были совсем иные планы на этот вечер, и визит в инквизицию не добавлял ни капли оптимизма.

Торгейр не ответил; сложив бумаги, он ткнул в кнопку вызова и продолжал молчать до самого кабинета. Арролин, знавший, что в инквизиции не все можно произносить вслух, не стал настаивать на немедленном разговоре и спокойно проследовал за давним другом.

Только закрыв за собой дверь, Шаред повторил свой вопрос:

— Фолквер, какого беса? Я переслал тебе все бумаги по делу еще вчера! Что случилось?

Тот, крутанувшись на кресле, внимательно посмотрел на лорда-декана пронзительно голубыми глазами, словно сомневаясь, стоит ли посвящать мага в свои мысли.

— Я не согласен со старшим инспектором. Этот старик во всем видит двойные смыслы и никак не может себе простить, что не раскрыл дела пятнадцатилетней и семилетней давности. Поэтому готов, что угодно притянуть за уши, чтобы новые убийства рассматривали в контексте с теми. Я уверен, что этим он сразу обрекает расследование на провал.

— И что ты предлагаешь? – тоскливо уточнил Арролин, поглядывая на настенные часы и понимая, что планы на вечер смело можно откладывать в долгий ящик.

— Почему одна и та же идея не могла прийти в голову двум разным людям? В конце концов, это может быть подражатель. Исключать подобную возможность нельзя. Версия студента-убийцы куда вероятнее, чем то, что по территории университета разгуливает сорокалетний преступник, который совсем непохож на учащегося, не имеет отношения к преподавательскому составу или обслуживающему персоналу, и при этом его никто не замечает. Иначе среди бела дня кто-то обязательно бы обратил внимание на незнакомца.

Арролин сел напротив следователя. Характер Торгейра был ему отлично знаком. На их курсе он выделялся сами высокими показателями и ставился в пример остальным учащимся. Затем была блестящая практика в инквизиции и быстрый подъем по карьерной лестнице. Пятнадцать лет назад, когда Арролин только начитывал специалитету скучные лекции по теории вероятностей, Фолкверу уже доверяли самостоятельные расследования. А сейчас именно он претендовал на место старшего следователя, который, по правде говоря, действительно нуждался в скорейшей отправке на пенсию.