Книга Принцип отражения, страница 63 – Ольга Болдырева

Воронцов с клубком проводов в руках обходил по кругу зафиксированную на операционном столе мервь, чем-то напоминающую стрекозу с прозрачными трепещущими крыльями и фасетчатыми глазами. На Ионова первые минуты он не обращал никакого внимания. Только закрепив последний зажим и бросив косой взгляд на экран, выводивший какие-то диаграммы, Ворон развернулся к Игорю.

— Я проспорил Ладу желание из-за тебя, - обвинительно заявил он.

— В смы-ысле?

— Мы поспорили, что ты ни за что не поведешься на то дешевое представление...

Игорь похолодел.

— Лара?

— Лад. А ты что подумал?

Внутри стало горько и противно.

— Что это Сина...

— Великая текхент, проникшая в сосредоточение врага, чтобы спасти одного из монстров? - уточнил Воронцов, запуская сканирование мерви и внимательно наблюдая за изменяющимися на экране показателями. - Смешно. Извини, Игорь, Сина бы ради тебя даже пальцем не пошевелила. А вот Лад хорошо повеселился, изображая девчонку.

— Надеюсь, я его убил.

— Увы, - пощелкав мышью, Александр поменял настройки и с сомнением покосился на мервь, которая забилась в чем-то очень похожем на эпилептический припадок. - Вскрытое горло Ладу не страшнее насморка. Зато, наконец, можно будет узнать, передаются ли данумы нерилов. Что-нибудь ощущаешь?

— Желание убить Лада.

Мервь, вздрогнув последний раз, кажется, отошла в мир иной. Показатели резко упали до нуля и больше не поднимались.

— С этим придется подождать.

Воронцов, развязав мощные кожаные ремни, столкнул со стола тушу твари, которая, не долетев до пола, развеялась серым песком. И приглашающе махнул на освободившееся место Игорю, а, заметив смятение и опаску парня, представившего свое бездыханное тело, которое так же небрежно скидывают прочь, пояснил:

— Я от своих слов не отказываюсь и убивать тебя не планирую. Но вот несколько исследований и манипуляций провести придется. Ты ведь уже понял, что идти тебе некуда? Свои же убьют. Да? Ну и молодец. Так что раздевайся, устраивайся поудобнее и приготовься, что будет больно. Нужно поработать над твоей костной структурой. А я пока отвечу на вопросы.

* * *

Как Александр и обещал, это действительно было больно.

Что точно с ним делали, парень не видел, надежно зафиксированный на операционном столе. Но вот характерный хруст и слабость заставляли не на шутку нервничать, надеясь, что выйдет Игорь отсюда с полным комплектом конечностей (и, желательно, без пары лишних). Сверху, по высокому белому потолку струился ровный яркий свет непонятного происхождения. Вряд ли где-то поблизости в Нереальности имелась линия электропередачи. Изредка в поле зрения появлялся Воронцов с очередным шприцем в руках. Сосредоточенное лицо мужчины помогало Ионову фокусироваться на реальности и словах Александра.

— Это честная сделка. Ты больше не станешь артачиться, а я исповедаюсь. Возможно, это даже поможет тебе лучше понять мои мотивы и перестать планировать, как убьешь меня и разрушишь Крыло Ворона.

Игорь, до крови прикусив губу, возмущенно выдал:

— На пыточном столе сложно сосредоточиться на чем-нибудь ином.

— Действительно, - ухмыльнулся Александр. - Хорошо, продолжай мечтать. А я пока начну рассказ. Морты - всего лишь побочный результат моих экспериментов. Когда-то давным-давно меня определили как весьма посредственного инквизитора - блок данума не больше чем на шесть-семь часов, в зависимости от ситуации. Впрочем, на тот момент мне хватало с лихвой и этого. В реальности все было настолько сложно и плохо, что на беды и опасности Нера почти никто не обращал внимания. Прошли годы, затем столетия, понадобилось много времени, чтобы я понял, что блок чужих данумов - не единственный мой дар. Однажды мерви загнали меня в тупик, без возможности выбраться, но вместо того, чтобы напасть и убить - покорно замерли, ожидая приказа. Считаешь, нужно было поведать другим об этой чудесной способности? И на что бы ее потратили мои сородичи? На слепое уничтожение вида, назначения и функционирование которого мы даже не понимаем! Поэтому я начал самостоятельные эксперименты.