Книга Охотники на принцесс, страница 38 – Ольга Болдырева

— Мы враги, — эхом повторил я, — но родство с Иллинэль, знаешь ли, объединяет.

Пройдя небольшую площадь с неработающим фонтаном, мы свернули в проулок, и в конце улицы мелькнуло знакомое здание гостиницы.

— Девчонку я не стал трогать. Решил, что ты захочешь самостоятельно с ней разобраться.

— Спасибо, — мрачно поблагодарил я.

Убивать дуру не буду, но вот жизнь испорчу обстоятельно.

После недолгих обсуждений мы с Лианом решили, что задерживаться в городе не станем. После ночных приключений, конечно, хотелось растянуться на матрасе и отключиться на пару часиков, но точно не под этой крышей. А с учетом, что в любой гостинице могло быть небезопасно, единственным адекватным вариантом стало отъехать на пару лиг дальше и устроить себе хороший привал на природе, оградившись защитным контуром.

Правда, еще надо было смыть с себя кровь, которой я обляпался во время ритуала, но в номере все еще стояла лохань с водой, а что она давно остыла — вполне можно было потерпеть. Так что для начала я быстро привел себя в порядок, аккуратно свернул испачканную одежду так, чтобы она не задела чистые вещи, и пошел на поиски служанки.

Пока Киллиан седлал лошадей (он даже согласился помочь с Грушей!) и проверял сумки, я прошмыгнул в сторону подсобных помещений, надеясь, что человечка осталась на ночь. И действительно, удача мне улыбнулась. Бесцеремонно растолкав подлую служанку, я прижал ее к постели.

— Знаешь, дорогая, сначала мне понравилась идея саму тебя продать в какое-нибудь веселенькое заведение, — глумливо сообщил я, наблюдая, как человечка бледнеет и с удвоенной силой пытается вырваться из моего захвата. — Но потом я подумал… жизнь, она ведь странная штука. Еще привыкнешь, начнешь получать удовольствие. Какой же тогда в этом толк?

Служанка обреченно замерла, видимо, решив, что я ее сейчас прикончу.

Признаюсь, мне хотелось.

В глазах, кроме страха, было еще что-то липкое и крайне неприятное — смесь ненависти, обиды и надежды. Почему же человечки так легко в нас влюбляются и считают, что должны стать самыми-самыми? Как глупо…

— Я заберу у тебя свет, который Сирин дает каждому из своих детей. Ты никогда не сможешь ощутить присутствие создательницы, ее благодать. И люди будут чувствовать это, сторониться тебя, как прокаженной. Жизнь проведешь в одиночестве и умрешь также одинокой и никому не нужной.

Эльфы созданы из света и легко управляют им.

Дотронувшись до души смертной, я аккуратно подхватил ладонью тонкий огненный лепесток и потянул за собой, лишая девушку счастья. Возможно, это было жестоко, и я просто испугался за себя, но не хочу, чтобы кто-то из сородичей, остановившихся в этом заведении, также глупо попался. Пусть сразу видят, что здесь не все в порядке.

Девица, кажется, не поняла, что лишилась чего-то очень важного, и нахмурилась, ожидая, что ей все-таки причинят боль. Однако я уже спешил прочь из гостиницы, хлопнув дверью.

День прошел не то, что бы совершенно бесполезно, но близко к этому.

Какое-то время мы ехали по широкому тракту, уходящему сначала вглубь людских земель и только затем, спустя сотни лиг, к Янтарным пределам. Перед нами тащилось несколько медлительных обозов с ценной древесиной, и пару часов мы послушно глотали пыль из-под копыт тяжеловозов, пока, наконец, я не приметил уютное озерцо за редким перелеском по правую сторону дороги. Вокруг него уже было натянуто несколько тентов. Видимо, не мы одни искали место для нормального отдыха. Так что, переглянувшись с Лианом, я направил Грушу с тракта на хорошо протоптанную тропу.