Книга Охотники на принцесс, страница 22 – Ольга Болдырева

Уже лучше.

Одна проблема: такие пентаграммы, если судить по обрывкам лекций, которые сейчас вертелись в голове, использовались человеческими некромантами для подъема мелкой живности. Мышки, лягушки, птички, максимум — некрупной кошки или собаки. Зачем? Сложный вопрос. Может, в случае сражения армия поднятых мышей натворит бед больше, чем взвод живых солдат? Или на таких небольших заклинаниях проще обучать студентов? Странные эти человеческие маги! Не уверен, что хочу с ними встречаться.

К сожалению, обычная некромантия мне категорически не подходила.

Вот если бы сестру нужно было обратить в зомби…

Хм! Какая, однако, заманчивая идея.

Пока желание творить и изобретать не отпускало меня, я сосредоточился на линиях пентаграммы. Каждый из лучей — определенная функция. Направить силу, пробить канал на «ту сторону», призвать, поднять, подчинить. Чем больше у «рабочего материала» должно было быть возможностей и функций, тем сложнее становился рисунок. Самая простая пентаграмма поднимала гниющее месиво из плоти и костей с единственным инстинктом пожирать и стабильным каналом подпитки силы, идущим от создателя. Если требовался слуга, не теряющий на ходу руки-ноги, послушно таскающий необходимые ингредиенты из подсобки в лабораторию, а также не пытающийся пообедать посыльным из лавки травника, магический рисунок разрастался, и любая помарка могла привести к трагическим последствиям. А уж если в функции зомби должна входить членораздельная речь и наличие разума… В наше время категорической нелюбви к некромантии и всем, кто интересуется этой областью колдовства, не думаю, что на весь мир найдется хоть один умелец, способный поднять разговорчивого и сообразительного мертвого.

Даже странно, что эльфийскому принцу такое на занятиях рассказывали. Не думал, что хоть кто-то из моих наставников так хорошо разбирался в этом искусстве. Наверное, поэтому и запомнил — от удивления.

Итак, если плясать от имеющихся в наличии знаний, то какая-то из линий пентаграммы и отвечает за само создание зомби. Вот ее функцию мне и надо изменить… как если бы некромагу потребовалось не поднять покойника, а найти среди мирно лежащих на погосте людей кого-то определенного.

Скажем, своего родственника.

— Эй, чем ты там страдаешь? — голос Киллиана раздался совсем близко, и я судорожно перелистнул блокнот на один из рисунков сестры. — На драконов решил полюбоваться, твое высочество?

Так и знал, что демоническая сволочь не упустит возможности капнуть ядом.

Киллиан натянул поводья, чтобы лошади поравнялись. Груша, то ли смирившись с неизбежным, то ли рассудив, что чем быстрее она доставит меня в нужный пункт, тем быстрее сама сможет отдохнуть, больше не пыталась филонить.

В голове роились мысли о пентаграмме и идеи ее перестроения, но пересилив себя, я закрыл блокнот и протянул его Киллиану.

— Тоже хочешь? — сообразив, что в данном случае лучшая защита — нападение, я придал голосу отвратительную жеманность: — Не стесняйся, они та-акие красавчики! Я в другую сторону посмотрю, чтобы ты мог насладиться…

Демон отшатнулся, едва не свалившись на землю, и недоуменно вытаращился на меня. Спустя несколько секунд до Киллиана дошло, что я шучу.

— Бездна бы побрала твое чувство юмора, Лель, — он оттолкнул мою руку с блокнотом и неожиданно улыбнулся. — Но лучше уж это, чем твои попытки огрызаться.