Книга Охотники на принцесс, страница 217 – Ольга Болдырева

Я перестал задирать голову, демонстрируя его отсутствие, и с любопытством прислушался к неуверенным шепоткам студентов. У меня по анатомии всегда было все плохо. Даже толком не мог запомнить, с какой стороны находится печень… не то, чтобы это знание сильно требовалось Серебряному принцу, но сейчас мне было очень интересно слушать магистра.

Надеюсь, Сальви, Сирше и Маев проводят время не менее занятно и уже нашли Туве вместе с Нэль и, может быть, даже спасли.

— Все верно, Томас: распределение потока еды и воздуха; защита голосовых связок от повреждений; резонация звука. В разрезе было бы отлично видно, что перепонки, мышцы и связки у эльфов значительно уплотнены, в сравнении с человеческими.

Давайте как-нибудь обойдемся без разрезов!

— Очевидные отличия на этом заканчиваются. Однако, если мы закроем шею и уши…

Хорошо, что он хотя бы не предложил их отрезать.

— … все равно любому человеку будет понятно, что перед ним находится эльф. Какие есть предположения?

После обсуждения строения лицевых костей, формы черепа и вообще всей костной структуры, которая действительно имела значительные расхождения (хотя бы по количеству ребер, которых у перворожденных было меньше — всего десять пар), магистр предложил сделать перерыв.

Я перестал изображать пособие в масштабе один к одному и обрадованно потянулся к одежде, но в последний момент под вкрадчивый хмык Лиана вспомнив, что вроде как не должен ее видеть, неловко взмахнул руками, споткнулся и едва не упал. Фух… пронесло. Надеюсь, что перерыв будет один, а следующая часть — завершающей.

Студенты легко оставили открытые тетради и сумки с вещами и потянулись на выход — кто-то решил заглянуть в столовую, кто-то, накинув плащи, собирался ненадолго отбежать из школы.

— Конечно, обсудить хотелось бы еще очень многое. Но это дело не одного занятия и не одного дня, — магистр грустно развел руками и предложил нам воды. — Вторую часть сделаем практической. Естественно, студентов к процессу лечения не допустим. Я и мои коллеги попробуем несколько новых комплексов заклинаний, разработанных совсем недавно. Но, надеюсь, Нераэль, вы позволите учащимся попрактиковаться в диагностике и сканировании?

Я пожал плечами и с вожделением уставился на свой стакан, не решаясь протянуть к нему руку. Стук стекла о дерево, я, конечно, слышал, но вряд ли бы сумел сориентироваться и не сбить его со стола, расплескав все по полу. А потому вынужден был ждать, пока Лиан (явно вредничающий и мысленно усмехающийся!) насладится прохладной водой и даст мне попить.

Злыдень! Знает и пользуется моей слабостью.

Обиженно фыркнув, я попытался еще раз (теперь уже аккуратно) потянуть за связь. Тонкая золотая цепь мелодично звякнула — я видел, как она тянется к Киллиану, уходя куда-то сердцу, и протягивается еще дальше. Только теперь уже выглядела более грубой, перевитой колючей проволокой. Должно быть, Иллинэль так возненавидела ритуал и своего супруга и так боролась все это время, что превратила дар создательницы в настоящее проклятие — только тронешь и сразу причинишь боль и сам поранишься. А мы с Лианом как-то незаметно сдружились и действительно стали почти братьями.

Но как же мне найти тебя, сестренка? Я задумчиво тронул несколько первых звеньев, пытаясь дозваться до Нэль, и по ним прокатилась едва заметная волна — страх, боль… и яркий огонек надежды.