Книга Точка просчета. Необременские музыканты, страница 32 – Ольга Болдырева, Ольга Ермакова

Комм, как назло, Женя забыл в ангаре. Нужно было просунуть кисть в узкую трубку подачи кислорода, а массивный браслет коммуникатора это никак не позволял сделать. Потом же, когда Макс сказал, что работа закончена и помощь больше не нужна, Евгений так радостно рванул на свободу, что забыл про все на свете.

Теперь Женя искал хоть какой-то пункт связи с рубкой. Еще одна проблема заключалась в том, что эта часть станции не использовалась, и почти все системы, были в целях экономии энергии отключены.

Хорошо хоть жизнеобеспечение оставили… а то с Коли станется.

Женя заметил на одной из дверей знак аппаратной. Судя по тому, что он помнил из инструкции по безопасности, отсюда можно было включить экстренную линию с залом управления, в обход основного блока питания.

Влетев в отсек, Женя защелкал тумблерами, не особо надеясь на успех. И не сдержал ликующий вопль, когда пульт заработал.

— Меня кто-нибудь слышит?

— Слышит, — флегматично согласилась из динамика Бейн.

— Вытащи меня отсюда, — Женя нетерпеливо пританцовывал перед экраном.

— Конкретизируй свои требования.

— Я не знаю, где нахожусь.

— И как же ты потерялся?

— Шел из ангара «си», запутался в переходах.

— Тяжелый случай. Минотавра видел, Тесей?

— Просто найди меня.

Бейн замолчала. Судя по сухим щелчкам из динамика, она сканировала отсеки в поисках биологических объектов.

— Ты в блоке «а». Нехило забрел, — спустя некоторое время сообщила Ориел.

— Это где?

— Хотелось бы ответить в рифму. Евгений, знакомо ли тебе слово «Караганда»?

— Это название сектора?

Бейн тихо вздохнула, судя по раздавшему следом скрипу и недовольному бормотанию, она поднялась из кресла и пыталась подключить блок «а» обратно к сетке общего энергоснабжения. Не получалось.

— Я сейчас перенастрою светодиоды, чтобы они вывели тебя. Сработало?

Женя возмущенно проорал в ответ:

— Ты оставила меня в полной темноте! Только две бледные полоски по полу!

— А что тебе еще нужно видеть, кроме дороги?

— Как-то зловеще получилось… Свет в конце тоннеля.

— Вот и иди на него.

Евгений, надеясь, что Бейн не может отследить его по видеокамерам, показал неприличный жест.

— Если окажется, что можно было обойтись без этого, я тебя похороню.

— Отключить светодиоды? Я так поняла, что они тебе не нужны.

— Только попробуй…

Спустя еще полчаса пререканий по динамикам и несколько шишек, которые Женя набил, натыкаясь в темноте на углы, он, наконец, стоял перед каютой. Темной и пустой.

Из отсека рядом с бассейном Евгений переехал две недели назад.

— М-да? — Бейн уже отладила нормальное освещение, благо сектор был «их» — рабочий и подключенный к системе обеспечения на сто процентов. — Беда с твоими постоянными переездами. И где теперь живешь?

Женя помолчал, пытаясь сформулировать ответ.

— Ну-у, там такой тупичок уютный. И вид на Андромеду…

Ориел помолчала, надеясь услышать более полезные ориентиры. Женя переминался с ноги на ногу и думал, что успел жутко замерзнуть в своей дурацкой клетчатой пижаме. А еще хотелось в туалет.

— Номер у этого тупичка есть? Он хоть в нашем секторе? На каком уровне? — и последний вопрос Бейн протянула совсем уж безнадежным тоном: — Может, по памяти дойдешь?

— Ну-у… — Женя ковырнул тапочкой металлический пол коридора.

Он помнил, что после бассейна ему понравилась угловая комнатка около кают-компании, где они по вечерам все вместе любили смотреть фильмы или играть в «Монополию», «Имаджинариум» и «Пятьсот злобных карт». Потом он на пару дней перебрался под самую «крышу», подумав, что там будет романтично, но быстро изменил свое решение, когда выяснилось, что в тех отсеках барахлит система регуляции температуры. Еще несколько вечеров он скоротал рядом с кухней, пока не понял, что перетаскал к себе почти все содержимое холодильника к недовольству остальных членов экспедиции. А сегодня утром случайно забрел в тот тупичок и был очарован открывшимся из иллюминатора видом…