Книга Кольцо желаний, страница 62 – Ксения Левонесова

— Обещаю, можешь искать кольцо вместе с нами, пока не передумаешь.

— «Обещаю, что ни единый волосок не упадёт с головы Яра».

— Обещаю, что не убью тебя! Доволен? – Рэм находился на грани.

— Вполне. Аня?

— Присоединяюсь к словам Рэма, – коротко ответила она.

— Хорошо. Теперь, когда вы больше не сможете отказаться от своих слов, давайте прочитаем пророчество. Я и сам пока не успел.

— Гад!

Рэм и Аня возмущались громко, но недолго. Все желали прочесть пророчество. Оно действительно оказалось о кольце. Более того, теперь мы знали, как его искать. Правда, был нюанс…

Рэм, Аня и Яр на время позабыли о разногласиях и только лениво переругивались, собирая пазл из моих записей. Так уж получилось, что во время наваждения я писала всего по несколько слов на листочке, после чего бросала его в сторону, а Яр не сильно заботился о том, чтоб складывать по порядку. В итоге вместо готового предсказания у нас на руках оказалась мозаика, над которой ребята корпели уже минут десять.

— Аврора, у тебя ужасный почерк! – возмутился Рэм.

— Извини, не могу ничего с этим поделать. Я, знаешь ли, не вижу.

— А зачем было писать всё на разных листках?

— Ну… – Я смутилась. Пока ребята раскладывали бумажки на грязном полу, пытаясь не растерять листочки из-за сквозняка, мне приходилось стоять у стены. Яр предупредил, что за малейший шаг в сторону лично прикуёт меня к столбу. Не знаю, с чего он так обо мне волновался. Но на всякий случай я действительно не двигалась. – Дома я стараюсь писать аккуратно. Уроки делаю, подкладывая под тетради специальные листы. Это папа придумал – так я могу чувствовать, где начинается новая строка. А тут я боялась, что нечаянно напишу слова поверх остальных. Тогда бы вы точно ничего не разобрали.

— Расслабься, мы справимся, – успокоила Аня. – Первая строка, кажется, готова.

— Что там? – поинтересовалась я.

— Прочтём, когда соберём всё вместе.

— Тут довольно много, – вновь возмутился Рэм. – Почему прорицатели всегда всё усложняют? Круто было бы, если бы ничего не пришлось разгадывать. Типа вот, чтобы найти омен, загляни по такому-то адресу, вторая тумбочка слева.

— Я думала, так и происходит, – подала я голос.

— Если бы. Обычно прорицатель сидит на стуле, ковыряется в носу, и тут его озаряет: ага, нарисую картину. Идёт и рисует. А там – сплошной абстракционизм, ничего не понять. Потом весь штаб сидит и думает, что же это за место? Что же искать? Кстати, у меня сложилась ещё одна строка.

— Не слушай Рэма, он зануда, – сказала Аня.

— За полгода ничего не поменялось, – усмехнулся Яр. – Дай мне вон ту бумажку, она подходит к моей строке.

— Нет, это рифма к моей части!

— Раскрой глаза, ты вообще с поэзией знаком? У меня ближе по смыслу!

Они обменивались колкостями, а я стояла у стены и чувствовала себя бесполезной. Почему они не прочитают хотя бы строку из того, что получилось? Неужели жалко?

— Вроде закончили, – наконец произнесла Аня.

— Ну? Что там?

— Не торопись, Аврора. Тут не всё так просто. Видишь ли, раз ты написала почти каждое слово на отдельной бумажке, мы не можем определить порядок строк. Это, кстати, стихи.

— Да ладно, не вини её, – вступился Яр. – Смотри, вот эти строчки точно первые. А остальные пока расположим вот так… – Судя по звукам, он перекладывал камушки. Наверное, ими прижимали бумажки, чтобы не улетели. – В общем, в таком виде это всё имеет смысл. Слушай, Аврора.