Книга Кольцо желаний, страница 53 – Ксения Левонесова

Вика убежала вперёд. Аня осталась среди оменов одна и прикрыла глаза.

Вчера она приводила сюда Аврору, слепую девчонку. Каково быть незрячей? Каково ориентироваться только на слух? Часы беспрестанно тарахтели, сводя с ума. Жужжание электрических ламп напоминало майских жуков. Приглушённые, едва различимые разговоры доносились из-за двери – прорицатели болтали о чём-то.

Аня сделала шаг, не открывая глаз. Рукой провела по единственному пустому островку стола, коснулась пальцами чего-то железного. Холодного.

«Что бы я сделала, если бы у меня было одно желание? Вернула бы зрение, конечно! А если рядом со мной другой человек? Несчастный, сжираемый одиночеством? И всё же – зрячий. Нет, меня ничто не переубедит. Я должна вернуть себе зрение».

Чья-то рука легла на спину.

— Ой! – Она открыла глаза, ослепнув от тусклого света. Глаза сразу заслезились от счастья. Мрак отступил.

Аня, ещё не до конца пришедшая в себя, прошептала: – Я вижу! Вижу!

— Так и знал, – перед ней появился владелец Антиквара. Аня потёрла глаза. – Сколько раз говорил тебе, а? Если будешь нырять слишком глубоко, можешь не выплыть на поверхность!

Он прошёл за прилавок. Здесь уже десятки лет не появлялись покупатели, но Часовщик – так его называли все прорицатели, не зная имени, – всё ещё приходил несколько раз в месяц и вставал за кассу, считая это своим законным местом. Оказавшись там сейчас, он погладил короткую чёрную бородку. Аня несколько раз замечала в бородке белые волоски, которые на следующий день пропадали.

— Я бы и сама справилась, – буркнула она.

— Ты уже давно не справляешься сама. Лезешь кому-нибудь в мысли, копошишься в них, а потом застреваешь. Как муха в паутинке – хоп! – Часовщик изобразил пальцами захлопнувшийся капкан.

Аня подошла к прилавку. Хозяин Антиквара не был прорицателем. Был ли когда-то? Никто не знал, только предполагали, что да. Прорицатели редко с ним разговаривали, пробегая зал с оменами и стремясь поскорее попасть в секретный штаб. Аня заговорила с ним спонтанно, в первый же день. Схватила тогда со стола какую-то старую разваливающуюся книгу, начала читать. Часовщик увидел это и поначалу ругался, а потом они как-то разговорились. Она и сейчас частенько приходила к Часовщику за советом, видя в нём наставника. Правда, не все его советы были одинаково полезны.

— Я не муха. А дар – не паутина.

— Не скажи. У меня есть знакомый. Мы с ним с детства друг друга знаем, пуд соли съели, столько всего пережили… Однажды он взял в руки кисть с краской, и всё. Пропал. Был человек – и нет человека. – Часовщик развёл руками. – Любой дар поглощает своего хозяина. С головой забирает, утаскивая на дно. Конечно, если это дар, а не просто увлечение.

— А у вас какой дар? – Аня присела на стул рядом с прилавком. Это место она любила. Хотя бы потому, что стул появился специально для неё. Первые несколько месяцев ей приходилось общаться с Часовщиком стоя, а потом однажды утром её ждал стул. Из тёмного дерева, резной, с какими-то рисунками на спинке, непривычно твёрдый, неудобный. И всё же Аня с радостью занимала место. Своё место.

— У меня-то? Мой дар спокойный, скучный даже. – Часовщик обвёл взглядом помещение, ища что-нибудь подходящее. Заглянул под прилавок и с ликующим видом вытащил какую-то тряпку. – Я вот! Уборку люблю.