Книга Духи Минска, страница 74 – Екатерина Стрингель

Андрей снова улыбался, не упуская ни одной возможности поделиться афоризмами. Это явно доставляло ему удовольствие.

— Спасибо большое за все! – Она спрятала папку в рюкзак.

— Да, и еще кое-что. – Он нагнулся и заговорил очень тихо, чтобы никто, кроме Насти, не услышал: – Часто призраков держит на Земле что‐то материальное. Что‐то, куда они вкладывали свою душу. Узнай у призрака, что это может быть и где оно может храниться.

— Как крестражи в «Гарри Поттере»? – шепотом ответила Настя.

— Ну вот, а говоришь, книги не читаешь. До встречи! – Он подмигнул и пошел в сторону служебного входа.

Полки в «Стреле» еще сильнее опустели с прошлого Настиного визита. Продукты стояли забором, создавая фасад из одинаковых пачек чая, молока и зефира от «Красного пищевика». По магазину ходили бабушки с корзинками, приговаривая себе под нос: «Пусто, как во времена перестройки. Ничего нет!» Но говорили они это не со злостью, а с некоторым восторгом, ностальгией. Кроме них, по магазину ходили мужчины с рулетками и приборами, который считывает расстояние лазерным лучом. Они разложили чертежи на закрытом холодильнике с мороженым. Настя дождалась момента, пока они отвернутся, сфотографировала чертежи, а затем спряталась за стеллажом и начала рассматривать фото.

«Минус первый уровень, что у нас тут? Если я правильно понимаю, камера с призраком сейчас находится где‐то тут. А по новому плану там будет… что?! Они собираются сделать там коптильню?! Нет-нет-нет, а как же Паша? Это же будет большая жаровня, в которую не войдешь!»

У Насти тряслись руки: она чуть не выронила телефон. С большим трудом она собралась и незаметно проникла на склад. Подождала, пока в коридоре никого не останется, и побежала в подвал. Внизу, как обычно, горел тусклый свет. Настя шла в сторону камеры брака, но вдруг услышала шаги и чей‐то знакомый голос. Раиса Георгиевна. Она шла под руку с седым мужчиной, блестящая залысина которого отражала одинокий свет лампы, и обсуждала что‐то. Ее голос казался до неузнаваемости милым, директор светилась от счастья.

Настя забежала в открытую дверь камеры разделки мяса и спряталась в темноте. В ноздри ударил резкий запах, и она прикрыла нос рукой: там сильно воняло протухшим мясом, деревом и металлом. Настя затаилась и начала прислушиваться к приближающемуся разговору:

— Раиса, я попытаюсь подготовить документы, но не обещаю, – заговорил седовласый. – Ты же понимаешь, что это подсудное дело? Если кто‐то пронюхает о подделке, нам обоим грозит срок о-го-го какой!

— Знаю, поэтому к тебе и обратилась, – ворковала перед ним директор. – Ты же профи в этом деле! Как закончим с продажей этого клоповника, я тебя отблагодарю: свозишь семью в Таиланд и обновишь машину. Так что давай, за дело! Чтобы на следующей неделе уже все было готово.

— Умеешь ты уговаривать, – голос мужчины повеселел, он как будто бы улыбался.

— Нельзя упускать такой шанс! – не унималась Раиса Георгиевна. Ее голос прозвучал совсем близко, Настя вжалась в стену, сердце бешено стучало в груди и отдавало болью в висках. – Этим дурам не нужно столько денег: выплачу им тройной оклад по случаю сокращения, и пусть радуются.

Настя перестала слышать разговор, судя по всему, они поднялись по лестнице. Вонь в камере была нестерпимой, Настя больше не могла задерживать дыхание. Она вылетела из разделочной в коридор и согнулась пополам, пытаясь отдышаться.