Книга Духи Минска, страница 66 – Екатерина Стрингель

— Но это же нечестно! – возмущенно воскликнула Настя. – А что, если бы я вышла вовремя? Ждала бы тебя под подъездом полчаса?

— Но ты же ведь не ждала, верно? – Игорь нагло подмигнул и вернул внимание на дорогу.

— Да. Но я не такая! – не унималась Настя.

— Когда обычная встреча, вопросов нет: приезжаю как полагается, но это же свидание, и оно требует особой подготовки. Выглядишь ты, кстати, великолепно, – Игорь решил смягчить разговор.

На светофоре они повернулись, посмотрели друг на друга и прыснули от смеха. Игорь смотрел на Настино темно-синее платье, а она – на темно-синюю рубашку.

Игорь припарковался с обратной стороны парка Горького. До начала оставалось еще двадцать минут, они вышли из машины и направились в сторону планетария. Впереди виднелась набережная реки Свислочь, аттракционы и огромное колесо обозрения. Пахло попкорном, сладкой ватой и газировкой. Туфли на каблуках сильно натирали ноги, поэтому Настя старалась идти как можно медленнее.

Они приближались к вытянутому цилиндру, похожему на маяк. Стеклянные стены просвечивались и светились новогодними огнями, а из округлой крыши торчала труба телескопа. «Маяк» достигал в высоту около шести метров, вокруг него вилась винтовая лестница, ведущая наверх, а сразу за ним стояло здание старого планетария.

— Что это? – Игорь показал пальцем на «цилиндр».

— Это обсерватория, там можно посмотреть на планеты в трехсоткратном увеличении, – сказала Настя, с тоской посмотрев наверх. – Отец как‐то водил меня сюда в детстве, мне понравилось.

Одноэтажная постройка планетария издалека напоминала гигантское драконье яйцо, которое зачем‐то воткнули в землю. Оно примыкало к длинному зданию с холлом и кассами, на двери кто‐то оставил наклейку с изображением звезд и надписью: «Где упал – там и планетарий».

Внутри на большом пластиковом стенде висела афиша сегодняшнего мероприятия с романтичным названием «Музыка вселенной». Рядом прикрепили черно-белый лист с большими буквами: «Все билеты проданы».

В холле не покидало ощущение, что они попали в старую советскую школу с вахтером. Напротив входа стоял деревянный стол с грузной охранницей, пол был выложен колотой гранитной плиткой – когда‐то это считалось модным, – а на бежевых стенах висели фотографии космоса: туманности, галактики, звезды и планеты завораживали своей красотой.

Возле входа в зал планетария стояла элегантная девушка в строгом костюме и улыбалась. Игорь передал ей билеты, она оторвала контрольную ленту и пожелала приятного вечера.

Двойные деревянные двери в зал планетария навевали мысли о чем‐то давно забытом из детства. Настя все никак не могла вспомнить.

— Как будто бы мы снова в школе и идем в актовый зал, – шепнул на ухо Игорь.

— Точно! Вот что они мне напомнили, – так же тихо ответила Настя.

Круглый зал выглядел уютным, его подсвечивал теплый приглушенный свет, сидения стояли в несколько рядов, как в кинотеатре. Синие бархатные сиденья отклонялись назад, чтобы было удобнее наблюдать за действом на куполе. По периметру вдоль стен были прикреплены десять проекторов, направленные в центр, в середине зала стояла странная металлическая конструкция. Настя смутно помнила, что когда‐то ее задействовали для демонстрации космоса.

— Кажется, мы оделись в синее, чтобы слиться с сиденьями, – хмыкнул Игорь, садясь на кресло с синей обивкой. Настя хихикнула и села рядом.