Книга Выше неба не будешь, страница 59 – Станислав Федотов

— Сяопин?! – обрадовалась она. – Мэйлань, где ты его нашла?

— Я никого не нашла, – растерянно сказала девушка. – Мы уже второй год вместе учимся. А ты – кто? – обратилась она к Сяопину.

— Я? Я – племянник Сяосуна. Моя мама Цзинь – его сестра.

— Вот так номер! – сказала Мэйлань и села на первый попавшийся стул. – Мы, выходит, родственники?

— Не расстраивайся, не кровные, – улыбнулась Фэнсянь. – Ты вполне можешь выйти замуж за Сяопина.

— А я и не собираюсь, – рассердилась Мэйлань. Вскочила и куда-то убежала.

— Я же пошутила, – крикнула вслед Фэнсянь. – Сяопин, ты чего стоишь, как столб? Проходи.

Они вместе прошли в гостиную, сели рядом на диван, обитый дорогой, расшитой шёлковыми цветами тканью.

— Наш дом – это и твой дом. Сейчас будем ужинать. Я вижу: у вас что-то случилось. Какие-то вы поцарапанные. Расскажешь? За Мэйлань не беспокойся – она сердится не больше двух-трёх минут.

— Я думал, она вообще не умеет сердиться, – улыбнулся Сяопин. – Всегда весёлая щебетунья.

— Вижу: она тебе нравится.

— Нравится, – кивнул Сяопин.

А сам подумал: очень нравится! И сегодня понравилась больше, чем всегда. Такая отчаянная, так дралась с полицейскими! Похоже, я и верно влюбился.

До сих пор отношения с девушками у Сяопина как-то не складывались. Он видел, что многие на него заглядываются, понимал, что привлекает внимание его рыжекудрая шевелюра, да и сложение спортивное, и рост – в отца. Мама не скрыла от него, что отец его – русский казак, что они очень любили друг друга и собирались пожениться, но нашествие ихэтуаней развело их навсегда.

— А как же любовь? Кончилась? – спросил тогда Сяопин.

Мама грустно улыбнулась и покачала головой:

— У меня – нет. Я о Ване никогда не забываю. Только он для меня всё равно, что на небе. А до неба не дотянуться.

— А твои мужья? Русский офицер знал, Чаншунь знает?

— Может быть, да, может быть, нет. Сами не спрашивали, а я не говорила. Я ведь их тоже любила и люблю. Но не так, как твоего отца.

— А отец обо мне знает?

— Думаю, да. Но у него другая жена, дети…

— Как всё это грустно! – воскликнул Сяопин. – Ужасно несчастливая любовь!

— Какая же она несчастливая, если у меня есть ты? Умный, красивый! Такие дети рождаются только в счастливой любви. Когда-нибудь и ты полюбишь, помни об этом.

— А как я узнаю, что полюбил?

— У каждого – по-своему. Но, мне кажется, есть одно общее: когда для этого человека ты готов на всё и хочешь быть с ним до самой смерти. Об этом и Кун-цзы говорил: «Настоящая любовь – это когда любишь не того, с кем хотелось бы встретиться, а того, с кем не хочешь расставаться».

Сегодня Сяопин для Мэйлань был готов на всё: он дрался с полицейскими не за требования к власти – он защищал подругу!

— Я рада, что моя сестра тебе нравится, – серьёзно сказала Фэнсянь. – По-моему, ты ей тоже нравишься. Мэйлань! – крикнула она в глубину квартиры. – Накрывай стол к ужину!

Спавшая у неё на руках девочка проснулась, видимо, от крика, но не стала капризничать, как это часто бывает у детей спросонья, а потянулась всем своим маленьким тельцем, повернула головку и уставилась на Сяопина чёрными ягодками глаз.

— Знакомься, Юнь, – проворковала Фэнсянь, – это Сяопин, твой троюродный братец.

Юнь широко улыбнулась, блеснув двумя маленькими зубками.