Онлайн книга «Крепостной»
|
Питер встретил его дождём. И улыбающимся сыном. — Вот сынок, – неловко пошутил старик, – приехал тебе на шею усесться. Не прогонишь? — Ну что ты такое говоришь, пап, – возмутился младший, – вы с мамой столько для нас сделали, что мы вам по гроб жизни обязаны. Мой дом – твой дом! К тому же я уже давно мечтал вас с мамой к себе перетянуть. Я тут дом перестроил, так там для вас с мамой своя комната запланирована. Жаль, что не успел… Дом Анисиму понравился. Он в своём сам и электрику делал, и воду проводил, и септик устанавливал, а также, уже в новом веке, сподобился и водяное отопление сделать. Ну, чтобы Марьяне жизнь облегчить. Не единолично, конечно, где сам не тянул – специалиста звал. Но при этом смотрел за ним внимательно. В деревенский дом по телефону специалиста не вызовешь: если что сломалось – или сам чини, или сиди без тепла и света днями, а то и неделями. А зимы на Урале суровые – дом вымерзает в момент… Так вот здесь у сына всё по уму было сделано. Ну, в основном. А те огрехи, которые он хозяйственным взглядом приметил, – и самому устранить можно. Потихоньку. Инструмент есть, руки помнят – так чего б не заняться? Следующие несколько лет прошли вполне себе покойно. Средняя дочь отца послушалась – купила для сына старшенькой квартиру в Свердловске. О чём лично перед отцом и отчиталась, приехав в гости к брату вместе с прилетевшим на каникулы Стёпкой. — Вот пап – как ты и велел, сестре помогла. Не сердись на меня. — Да я и не сержусь, – расчувствовался Анисим. – И спасибо тебе за доброту. Эх, жаль – мать не видит. Вот бы порадовалась… А потом они с дочерью и внуками – Стёпкой и Тимофеем, сыньим младшеньким, неделю гуляли по Питеру. Как выяснилось, доча, несмотря на то что жила в Перми, Питер знала неплохо. — Ну так я, считай, последние лет двадцать каждую весну на недельку сюда приезжаю. Уж больно Питер весной хорош… Только один раз и пропустила – когда тут «зоолетие» праздновали. Слишком много «высоких» гостей тут в тот год было. Мне подруги рассказывали, что народ по городу перебежками передвигался – как под обстрелом… Так что я тут, считай, местная. А то и получше. Большинство местных про некоторые музеи, в которых я побывала, даже и не слышали. Ты вот, например, знаешь, что у вас в Шушарах раньше музей железных дорог был? — Это там, где паровозы стоят? – удивился Анисим. – Я думал, тут база железнодорожного резерва, навроде той, на которой я срочную службу проходил. — Да нет – там, скорее всего, запасники музея. А сам музей рядом с Варшавским вокзалом расположен. В Библиотечном переулке. — А там взаправду настоящие паровозы есть? – восторженно спросил Тимка. — Взаправду-взаправду, – рассмеялась дочь. Когда она уехала, они с Тимкой съездили-таки в этот музей. Электричкой до Балтийского вокзала, а потом неторопливо, пешочком дотелепали до Варшавского… От музея внук пришёл в полный восторг. Да и Анисим тряхнул стариной и, вспомнив прошлое, много чего Тимке рассказал про паровозы… С тех пор так и повелось. Каждые выходные Анисим брал Тимку и они ехали куда-нибудь в музей, парк или на открытую экспозицию – Эрмитаж, Артиллерийский музей, Военно-морской, Русский, «Аврора», Инженерный замок, фрегат «Штандарт», Военно-медицинский, Кунсткамера, Петропавловка, Петергоф, Пушкин, Гатчина, Шлиссельбургская крепость, Павловск… Тимка был неуёмным почемучкой, поэтому Анисиму приходилось нелегко. Он готовился к каждому выезду – читал, смотрел ролики в интернете. Ну, чтобы, так сказать, не ударить перед внуком лицом в грязь. Хотя запоминалось туго. Память уже не та была. Но восхищение, которое выказывал Тимка, по возвращении взахлёб рассказывая родителями, что «Деда столько всего знает!», окупало всё. К тому же погружаться в историю было куда приятнее, нежели смотреть на современность. В родных местах уже как десять лет шла война. Наследники фашистских прихвостней – Бандеры и Шухевича – обстреливали его родной город… |