Онлайн книга «Аид. Любимец судьбы»
|
«Чтобы я тоже мог убивать?» «Чтобы ты мог выбирать – поднять меч или нет. Поднять меч могут только те, кто умеет…» «Что делают остальные?» «Они сражаются не мечом, а своей сущностью». «Разве меч – не твоя сущность?» «Мой меч – моя. Я родился с ним, он часть меня, моего сердца и моих крыльев. А для тебя сгодится любой, к которому ты прибегнешь, если захочешь». Откуда взять меч – я не спрашивал. Перебрать железный хлам (сто шагов налево, обогнуть кучу костей и не попасть ногой в лужу чего-то гнилого). Выбрать наобум: раз любой, значит, любой… Вот этот кривой и немного зеленый, например. Шершавая рукоять легла в ладонь ободряющим холодом. «Готов? Отражай!» Удар – быстрее смешка Ананки. «Ногу назад! Выпад! Режущий! Защиту снизу! Обходи! Руби!» Вздыхал где-то во тьме и безвременье вожак тварей – ворочался, шипел под нос: «Бог… страшно… не боится?» Долетало урывками – сквозь звон клинков, в котором я тонул почти как перед этим – во тьме… Вот только теперь тьма была вокруг – не во мне. Сторонилась двоих сумасшедших, которые носятся по брюху Крона, размахивая мечами: не ровен час истыкают, мальчишки! Не было ни кипящей в венах силы, ни упоительности танца – только азарт, упрямство, до боли в мышцах… «Не увидел препятствие. Прижмись. Здесь экономнее. Взмах! Коли. Ускользай. Еще!» Я учился. * * * Позже Посейдон будет крутить у виска: «Как-как ты это делаешь?!» Сейчас я помню тот миг, когда он впервые при мне взял трезубец – и начал разить им так, будто тот был его дополнительной рукой. Зевс метал молнии, будто пальцем указывал. А я учился. Обращаться с оружием – не смешно ли? «Сверху! Открылся. Больше силы. Блокируй! Отступи! Теперь вперед». Мы молчали: слова были не нужны. Все равно слушать надо не ушами. Я слушал – кожей, стучащим сердцем, бьющейся жилкой на виске. Он отдавал команды – взглядом, жестом, взмахом клинка… И лицо начало казаться не таким каменным – или темнота и тут обманывает? «Атакуй. Больше напор! Шаг! Скрестить! Отстаешь». — Играются… – ядовито шипит вожак тварей, мало я ему навалял, ничего, еще наваляю… А чего б не поиграть – мальчишки мы или кто? В наставники и ученики, например. Меч чуть не вывихнул запястье: подставил под прямой удар. Изжеванное временем бронзовое лезвие раскрошилось под напором более твердого противника. Острые осколки посыпались на ноги, в кулаке остался бессмысленный огрызок. «Поищу еще один». Грудь ходила ходуном, будто раз тридцать разбежался и прыгнул на стену отцовского брюха. Сын Ночи покачал головой. Подвесил свой клинок обратно на пояс. На этот раз он даже не запыхался. «Я бездарно дерусь?» «Бездарно. Пока что». И вслух, глядя поверх моей головы: — Мне пора. Он отступил назад, полуприкрыв глаза и будто откликаясь на неслышный зов, хотя темнота вокруг молчала, и даже тварь-вожак утихла на время. — Куда? — Пора, – повторил он и развел крылья. Тут я только понял, что это крылья. Черные крылья. Железные крылья – как его меч. — Ты вернешься? — Я – Танат-Смерть. Сын Ночи и Эреба. Голос у него был в тот миг острее клинка. А уж взгляд… — И? – сказал я. Меч ударился в щит. Морозящий холод взгляда потонул в темноте встречного. Дрогнула бровь Таната-Смерти. — Что «и»? — Ты – Танат-Смерть, сын Ночи и Эреба. Я – Аид, сын Крона. И? |