Книга Осторожно! Бедовая попаданка в замок любви, страница 41 – Лина Бестина

— Я не стеснительный, могла бы и не отворачиваться, — раздался его голос за спиной.

— Как же? Не смею подглядывать за почти женатым мужчиной, — не удержалась от укола, при этом хмыкнув.

— Думал, с этим мы разобрались. Но раз тебе так нравится…согласен, я почти женатый мужчина, а ты почти замужняя женщина. Так что стесняться все равно нечего.

Вот нахал!

Я аж опешила на секундочку, а Эллиот с самым невозмутимым видом надел халат, запахивая тот и стягивая поясом. Только сейчас заметила, что он без брюк, и они, скорее всего, болтаются лохмотьями где-нибудь на ветвях.

— Никаких замужеств. Ты обещал отправить меня домой при первой же возможности. Так что не судьба, красавчик!

Эллиот залился заразительным смехом, но смех его вскоре оборвался.

Буквально у себя под ногами, я услышала треск, напоминавший звук бьющегося стекла.

Аня

Сделав шаг назад, Эллиот рванул меня на себя, отчего со всей силы впечаталась в его будто каменную грудь, запутавшись в ногах. Предупреди он меня, этого можно было бы избежать. Но тут же нежно обнял, и я передумала возмущаться, обращаясь в слух.

Не подозревая, на чём стояла, опустила туда свой взгляд. Там, среди пожухлой листвы, действительно хрустело мутноватое стекло, как бы мерцая огнём изнутри. Оно переливалось по нарастающей, словно поднималось из глубин к поверхности.

— Что это? — пролепетала я, наблюдая за необычным явлением.

— Так рождаются фениксы, но стекло… — Эллиот выглядел озадаченным. — Не понимаю, как такое возможно.

То ли от волнения, то ли от чего-то другого, но мужчина был напряжён, и я это явно ощущала. По мере того, как огонь становился ярче, так и он прижимал меня к себе всё крепче.

Вокруг ни души, но где-то рядом, на небольшом отдалении, раздавалось то самое пение, многоголосно сливаясь в гармоничную мелодию так, что было непонятно певцов несколько или один. Но всю эту музыкальную красоту нарушил чудовищный скрежет вперемешку с визгом. Аж мурашки по коже побежали. Будто не ноготком по стеклу провели, а стальными когтями.

Передернулась, и ощутила незримую, но ощутимую, поддержку Эллиота.

Верхний слой стекла растрескался и поднялся, как гейзер, выпуская из трещин столпы раскалённого искрящегося пепла. Осколки стекла зашевелились, освобождая путь новорождённому чуду.

Совсем неоперившийся оранжево-розовый птенец пробрался сквозь расщелину, неумело встряхиваясь и чуть покачиваясь. Открыв свои глазки-бусинки, покрутил головой и остановился в том направлении, откуда доносилось чарующее пение. Прислушался, словно настраиваясь на общую волну, и вдруг запел.

Я же застыла. Сама не знаю почему. Просто вдруг сердце начало биться быстро-быстро, пока новорождённый феникс не перестал петь.

— Почему он не поёт, как все? — почему-то именно это меня встревожило, ведь вдали до сих пор раздавались мелодичные звуки.

— Тише.

Больше слов не последовало. Мужчина пристально вглядывался в действия птенца, а он, неопределённым взором черных бусинок, присматривался то ли ко мне, то ли к Эллиоту.

Словно не он тут диковинка, а мы.

Пошатывающейся походкой, на нетвёрдых ногах, гордо задрав голову, феникс направился к нам. Негласно и я, и Эллиот присели, чтобы встретить важную птицу. Только вот Эллиот видимо понимал, что происходило, а я нет.