Книга Кощеева отрада, или Как выдать замуж Ягу, страница 85 – Ника Крылатая

— Так вот почему твоя мама тебя отдала чужим людям, – Отрада с сочувствием посмотрела на Богдана.

— А я взял и назвался Кощеем, – Богдан невидящим взглядом смотрел на страницы книги.

— И если бы это было тогда, то тебя бы уже казнили, – прошептала Отрада. – А так заклятие забвения тебе помогло. Все решили, что ты колдун из сказки. Ведь никто не знает, что был такой род. Это ж сколько силищи потратили на заклятье! Страшно даже подумать!

— А живая вода есть? – Богдан в вихре мыслей поймал за хвост только эту.

— Есть, – кивнула Отрада. – Бабуля моя иногда ходит за ней. Усиливает целебные свойства мазей и настоек. Но ее почти невозможно набрать. Трудно это.

— Вода живая и вода мертвая, – медленно проговорил Богдан. – Живые мертвецы, колдуны, записка от мамы… У меня сейчас голова просто лопнет! – он схватился пальцами за волосы и потянул.

— Богдан… Ярослав, – Отрада тряхнула головой. – Елки зеленые, да как тебя теперь называть?! Давай больше не будем читать? – она схватила его за руки. – Сегодня больше будем! Отложим до завтра. Богдан, все остальное завтра. Мы разберемся. Я помогу, обещаю. Нужно будет – позовем бабулю. Она больше меня всякого знает.

— Я не хочу сражаться с Горохом, – Богдан смотрел на Отраду ошалелыми глазами. – Не нужно мне никакое княжество.

— На Гороха сейчас идти – это получить неприятности на всю ж… кхм, – Отрада смутилась. – Много неприятностей. Давай лучше пойдем пообедаем. Потом погуляем. Травы в Дремучем лесу пособираем. А завтра снова сюда придем. Уже захватим перо, бумагу, чернила и будем потихоньку разбираться. И знаешь что?

— Что? – Богдан замер, боясь пошевелиться.

— Имя у тебя хорошее, – Отрада лукаво стрельнула глазками, – но Ярослав Кощеев вообще прям звучит. Как витязь какой. Или князь.

Она так и продолжала держать Богдана за руки, понимая, что ему сейчас намного сложнее, чем ей. У нее всего лишь прабабка немного оба рода прокляла.

— Я хочу узнать, что случилось с моими родителями, – Богдан немного пришел в себя. Как ни странно, прикосновения Отрады помогали. Будто успокаивали.

— Мы попробуем, – Отрада чуть надавила на его руки, заставив опустить их. – Поспрашиваем нечисть лесную. Они долго живут, может, что и помнят. Да и лешего твоего, – она прищурилась, – неплохо бы припереть к дереву. Странный уж больно он. Точно знает поболее Ладушки.

Они стояли друг к другу близко близко. Держались за руки и глаз друг от друга не отводили. Отрада мягко улыбалась, а Богдан смотрел на нее с нежностью.

— Ну вы еще поцелуйтесь, – ворчливо произнес Баюн. – Совсем уже. Жрать давно пора. Ночь скоро.

— Не может быть! – Отрада, покраснев, тут же отскочила от Богдана.

— Очень даже может, – вздохнул Баюн. – А котенька голодный. Ладно сами, но я-то пошто голодать должон?

— Мог бы и уйти, – Отрада начала суетливо перекладывать книги. Вот же кот у нее какой! Не Баюн, а болтун! Воротник блохастный!

— Идемте, – Богдан, подхватив сумку, взял Отраду за руку. – И правда утро вечера мудрее. Завтра на поиски входа время тратить не будем.

Отрада не стала сопротивляться. Тоскливым взглядом на ходу окинула книги и склянки. Все завтра.

Вся компания поднималась по лестнице, а за ними гасли факелы. Дверь с шорохом вернулась на место. Кот был прав, уже наступил вечер и из леса тянуло прохладой.