Книга Кощеева отрада, или Как выдать замуж Ягу, страница 5 – Ника Крылатая

Купившись на яркую внешность, за Отрадой пытались увиваться многие парни. Правда, почти тут же разбегались, стоило красавице открыть рот. Для самых непонятливых можно было и глазами сверкнуть. Яга умела это делать очень эффектно.

Родители Отрады жили в столице, а она, закончив там учебу, вернулась к бабке.

Поговаривают (да врут, конечно!), что Отрада самого царевича метким ударом в бараний рог скрутила. Поэтому и выслали молодую подающую надежды колдунью подальше. Китеж был аккурат на другом конце Тридевятого царства. Там дальше были непроходимые болота с мавками, реки с русалками, темный лес с лешим и прочей нечистью.

Как сказал царевич (о чем опять же утверждали злые языки), держась за, ну пусть будет живот:

— Там этой заразе самое и место! Пусть с русалками за бусы ругается да лешему указывает!

Отрада и не расстроилась, собрала вещи и укатила в Китеж, там прикупила симпатичный домик на деньги, выданные царем. И никакой это не откуп был!

Развернула свою магическую деятельность да и зажила себе вольно. Город большой, деревень рядом с ним много, а высококвалифицированных колдуний – она да бабка ее. Старая карга. В смысле, Яга. Оставалось дождаться, когда Отрада вступит в полную колдовскую силу.

Тогда сможет мановением руки ветер вызывать или дождь, метели утихомиривать и реки успокаивать.

Вот только никто не мог сказать, когда это произойдет. И что этому толчком послужит. Но Отраду это не сильно-то и огорчало. У нее и так хватало сил для всяких магических экспериментов.

Единственной, кого она побаивалась, была старая карга. То есть Яга – Добрава Ягушинская. Вот уж где имя совсем не подходило его носительнице! И ехать в ее имение Отрада не хотела совершенно!

Ну что там делать? Лекции о приличном поведении русалкам читать? В домино с домовым резаться? Можно еще, конечно, с лешим вести философские беседы.

Отрада легко взбежала по лесенке на второй этаж и скрылась за дверью своей комнаты.

— Ну, Баюн, – фыркнула она, – точно отправлю к бабке. Будешь ей про пушистую кость заливать!

Достав из шкафа платье, Отрада решила переодеться, да только сейчас заметила в зеркале, насколько растрепанная, да еще и сажа какая-то на щеке.

Но, как и всегда, стоило только раздеться, как на весь дом заголосила Пава.

— А-ааа! А-ааа! – противный птичий голос доносился до каждого уголка дома. Вот точно в роду у этой породистой птички все-таки были обыкновенные павлины!

— Да почему ж цари да императоры так любят павлинов этих? – Отрада даже уши пальцами заткнула.

Птицы красивые, спору нет. И белые, и зеленые, и черные. Хвосты такие шикарные! Но уж больно голоса у них противные. А она-то покупала не павлина! Жар-птицу редкую выкупила в царском питомнике.

— И там обманщики, – в который раз вздохнула Отрада. – Столько золотых отвалила за то, чтобы подпрыгивать каждый раз, как птичка рот откроет!

Магии в Паве было чуть, всех умений – ярко светилась да громко орала. За это Отрада и назначила ее сигнализацией. Пава спала чутко, а стоило незнакомому влезть в дом, как начинала истошно орать и хвост у ее зажигался так ярко и слепил так хорошо, что незадачливый воришка потом несколько минут проморгаться не мог и глаза слезились.

— Да кого там нелегкая опять принесла? – ответ на вопрос Отраде был неинтересен.