Книга Бурый. Приручить истинную, страница 106 – Екатерина Антонова, Бетти Алая

— Зря стараешься, — Древний снова оборачивается к столу, берет какой-то темный ритуальный нож. — Мои руны скрывают нас от остальных. Скоро придет мой соратник, и мы вместе проведем ритуал. Вы заснете, мы доставим ваши души в Скьяум и выторгуем у Хозяина еще какое-то время…

Замираю. Соратник? У этой твари есть сообщник?

— Кто он? — тихо спрашиваю. — Кто твой соратник, Улисс? Очередная крыса, предавшая своих?!

В этот момент деревянная дверь избушки со скрипом отворяется.

На пороге стоит невысокая худощавая фигура.

— Ну зачем же так грубо, Полина? Почему сразу «крыса»? — раздается мягкий, вкрадчивый голос.

Марвин.

Так это он… ученый Гильдии?! Он предал охотников?!

Марвин спокойно проходит внутрь, прикрывая за собой дверь.

Его лицо выражает абсолютное, пугающее умиротворение.

А на правом плече, лениво подергивая носом, сидит пушистый белый кролик. Его глаза источают абсолютную тьму.

— Ну что? — стянув плащ, Марвин по-хозяйски осматривает меня и Танюшу. — Готовы к своему последнему путешествию?

Полина

— Что вы там мешаете? — рычу, судорожно пытаясь освободиться. — Что это за гадость?

Вокруг сгущается тьма, хотя вроде бы уже должно светать. Что за руны там начертил Улисс? Какой магией он владеет?

От стола, за которым копошатся Марвин и Древний, исходит настоящий смрад. Воняет травами, кровью и какими-то химикатами. Даже представить боюсь…

— Готово, — Марвин оборачивается, в его руках дымящаяся плошка. Сглатываю, вжимаясь в стену.

— Что это… — выдыхаю, с ужасом глядя на приближающегося охотника.

— Это специальный отвар, Полина, — улыбается Марвин. Кролик на его плече шевелит ушами, уставившись на меня своими жуткими глазами. — Не волнуйся, больно не будет.

— Не прикасайся ко мне! — выпаливаю, дергаясь всем телом. — Я не буду это пить!

— Будешь, — отзывается Улисс, — это состав, привязывающий ваши души к особым якорям в Скьяуме. Дело в том, что если вы заснете естественным способом, то попадете в мир мертвых. А там ваши силы огромны… Этого мы допустить не можем.

— Именно, — кивает Марвин, замирая надо мной. — А теперь открой ротик, медведица.

— Вы не посмеете… — шепчу, холодея от ужаса. — Отпустите нас… Марвин! Ксю же тебе верила!

— Это не мешало ей молча стоять, пока охотники издевались надо мной, — пугающе тихо говорит ученый. — Улисс, держи ее.

— Ублюдки! Пошли прочь! — ору, когда медведь наваливается на меня сверху.

Он фиксирует мою голову, не давая отвернуться. Хватка жесткая, Древний меня не жалеет.

Пальцами сжимает мои челюсти, заставляя открыть рот.

— МММ! — мычу, сжимая губы.

Сопротивляюсь из последних сил. Пытаюсь укусить предателя, но Улисс намного сильнее.

Марвин хладнокровно наклоняет плошку и вливает горькую жижу мне в рот.

— Глотай, Полина, иначе захлебнешься, — хрипит над ухом Улисс.

Кашляю, давлюсь. Мне не дают выплюнуть эту дрянь. Древний закрывает мне рот и держит, пока не проглочу. К горлу подступает тошнота.

— Умница, — Марвин разворачивается к Тане. — Теперь ты, малышка. Все видела? Вот и не сопротивляйся.

— Нет… Не трогайте… Таню… — пытаюсь дернуться, но все тело наливается тяжестью. Язык становится ватным.

Краем глаза вижу, как Улисс подходит к девочке. Таня даже не сопротивляется, просто тихо плачет.

Мир начинает кружиться перед глазами. Стены плывут, превращаясь в смазанные грязные полосы.