Книга Забытая жена, страница 27 – Сандра Барро

— Фру Корсмо, да зачем вам их покупать-то? – пожав плечами, спросила она, а затем продолжила. – У нас так не принято. С весны и всё лето каждый мужчина сам заготавливает для семьи дрова. Ну, если кто заболел, или вдова одна осталась, так тут всем миром поможем, сообща. Смотришь, за день целую поленницу наколят и сложат! С вами же приехали слуги. Да и Улаф ваш – мастер на все руки, он всё сделает. А если что, так вы только скажите – наши мужчины соберутся, помогут. Лес-то, конечно, на продажу заготавливают, но его в основном по морю в большие города отправляют, там-то спрос есть.

Я стояла, чувствуя себя полной дурой. Конечно. Как же я не подумала. Это же не двадцать первый век с его центральным отоплением и доставкой угля по телефону. Здесь всё иначе. Это – община. Взаимопомощь, выручка и добрые люди.

— Я… я просто не знаю местных обычаев, – смущённо пробормотала я.

Элин сразу же смягчилась.

— Да что вы, фру, всё нормально. Вы же городская, вам неведомо. Ничего, освоитесь. О! И обязательно приходите завтра на проповедь! В десять утра. Почти всё поселение собирается. Познакомитесь со всеми, и пастор Бьорн – он у нас замечательный, очень мудрые вещи говорит.

Мысли о молитвах и проповедях вызывали у меня лёгкую тошноту после всего, что рассказала Аста. Но отказываться было невежливо.

— Спасибо за приглашение, постараемся прийти, – пообещала я уклончиво.

Мы вышли из лавки, нагруженные покупками. Аста шла рядом молча, но я чувствовала её взгляд.

— Линда… – наконец не выдержала она. – Ты не знаешь или не помнишь про дрова? Память… она возвращается?

Я посмотрела на её обеспокоенное лицо и поняла, что не могу снова пугать её своей «амнезией». Она и так сбита с толку всеми моими переменами.

— Да, потихоньку, – соврала я, делая вид, что рассматриваю вывеску булочной. – Но некоторые вещи… самые простые… они как-то выпали. Я никогда раньше не задумывалась, откуда в доме берутся дрова. Всё всегда появлялось само собой.

Аста кивнула, явно удовлетворённая этим объяснением.

Подходя к нашему дому, мы услышали звуки со двора: скрип телеги, стук дерева о дерево и ржание лошадей. За калиткой открылась картина деятельной подготовки к зиме. Улаф и Йенс разгружали с телеги, уже колотые поленья и аккуратно складывали их в одной из подсобных построек, сооружая ровную, не выше двух метров, поленницу. Молодые грумы, как выяснилось братья-погодки Тор и Тур, чистили лошадей, и посмеиваясь, что-то рассказывали друг другу.

Я огляделась. Работа спорилась, но кого-то не хватало. Того здорового, молчаливого парня – Магнуса. Вчера он представился этим именем, а потом весь вечер молчал и иногда улыбался. Его нигде не было видно.

— Улаф, – окликнула я старика. – А где Магнус?

Улаф, отложил полено, вытер рукавом пот со лба и махнул рукой в сторону.

— Да вот, недавно, куда-то ушёл. Сказал, дело есть. Небось к обеду вернётся, – он хитро подмигнул мне и снова принялся за работу.

Я кивнула. Что же, у каждого свои дела. Главное, что процесс идёт. Дом оживал, обрастал хозяйством, запасами… Я посмотрела на нашу добычу из мясной лавки, на трудящихся мужчин, на Асту, с любопытством наблюдавшую за их работой.

Здесь определённо можно было жить. И жить хорошо.

Глава 11

Мы зашли в дом, и я сразу почувствовала густой, согревающий запах тушёного мяса и свежего хлеба. Ханна уже полностью освоилась на кухне, расставив свои кастрюли и сковородки в идеальном, знакомом только ей порядке. На плите шумело и булькало сразу несколько блюд.