Книга Дракон подождет до четверга, страница 130 – Ramule

— Жаль, что не сегодня, Ваше Высочество, но, клянусь, я расквитаюсь с вами.

Зеленые трещины разорвали остановленное время. Комната оглушительно выдохнула. Осколки рухнули на пол. Кровь снова потекла. Черная магия бросилась к Коллекционеру.

Тот едва успел закончить рисунок, после чего круг развернулся в глубину.

За ним открылся узкий временной коридор, заполненный мелькающими образами: незнакомыми улицами, заснеженными полями, автомобилями, многоэтажками.

Коллекционер шагнул в портал, и, обернувшись насмешливо произнес.

— Передайте супруге мои извинения, — произнес он. — Хотя, боюсь, теперь это будет несколько затруднительно.

Каэр, уже очнувшийся, рванулся к нему, но портал захлопнулся перед самым его носом.

Черная магия ударила в пустоту.

Там, где только что стоял Коллекционер, осталось несколько капель крови и часы, с красной розой внутри, заполненные чем-то прекрасно серебряным.

В комнате снова стало тихо. Ана лежала там же, где он ее оставил. Неподвижно, будто уснувшая кукла.

Чуть дальше, Каэр увидел мертвого Бублика. Он медленно подошел к жене и опустился на колени прямо на осколки, не почувствовав, как они прорезали ткань и вошли в кожу.

Он еще раз коснулся ее шеи, но пульса не было. Провел ладонью по груди, но сердце было безмолвно.

Каэр осторожно поправил распахнувшуюся блузку, застегнуть которую было уже невозможно. Снял с себя разорванный плащ и укрыл Ану, будто она могла замерзнуть.

Потом подсунул руку ей под плечи, вторую — под колени и поднял. Тело оказалось слишком легким, а ее голова безвольно легла ему на плечо.

Розовые волосы безжизненно рассыпались по его руке. Каэр прижал ее к себе.

— Ана.

Он уже не ждал ответа, а просто продолжил говорить.

— Я пришел.

Голос сорвался. Каэр опустил лицо к ее волосам. В них еще оставался запах мяты, бумаги и едва заметный аромат ее духов.

— Слышишь? Я пришел.

Он обнял ее крепче.

— Можешь сказать, что я опоздал. Ты же любишь это. Скажи, что верховный маг опять все испортил.

Тишина.

— Назови меня ящером. Индюком. Самодовольным идиотом.

Губы дрогнули.

— Только скажи.

Каэр прижался лбом к ее виску. Первая слеза упала на белую прядь.

Он не сразу понял, что плачет. Просто лицо стало мокрым, а вдохи — короткими и неровными. Он пытался их сдержать, по привычке заставлял себя замолчать, выпрямиться, взять происходящее под контроль.

Не получилось.

Каэр согнулся над Аной, закрывая ее собой, и заплакал так, как не плакал ни ребенком, ни после смерти матери, ни в самые страшные годы войны.

Он гладил ее волосы, целовал холодный лоб, снова искал пульс, хотя знал, что не найдет.

— Ты не можешь уйти, — шептал он. — Мы еще не закончили ругаться. Ты обещала мне четверг. Помнишь? Все откладывала до четверга.

Он коротко, беспомощно рассмеялся сквозь слезы.

— Сегодня даже не четверг, Ана. Это нечестно.

Она лежала у него на руках, тихая и холодная. Каэр прижал жену к груди так крепко, словно еще мог удержать ее здесь одной силой объятий.

Но Ана ничего не сказала, и сердце ее не билось.

Прошла минута, две, полчаса. Вдруг дракон вскинул голову и взгляд его упал на изумрудное кольцо на пальце любимой. В нем еще теплилась крошечная искорка.

Он некоторое время смотрел на эту искру, а потом вдруг поднялся. Поднялся вместе с любимой на руках. Он был страшен. Черное пламя охватило их и взвилось до небес.