Книга Босс (не) моих фантазий, страница 144 – Любовь Фомина

— Зачем? — Пялюсь я на него, ничего не понимая, игнорируя написанное на бумажке.

— Это мой номер телефона. Вдруг захочешь завтра попить кофе, а компании не найдешь.

— Мне это не нужно.

— Да возьми. Вдруг все же позвонишь. Ты красивая, кстати.

— Спасибо, — фальшиво улыбаюсь я, специально чтобы всем было видно неискренность моей улыбки. — Но ваш номер мне нужен, как и кофе.

— Молодой человек, — вмешивается в разговор Паша, стоя позади юного фантазера, причем весьма самонадеянного, — у вас нет работы? Для чего вы сейчас докучаете моей девушке?

Парень оборачивается на Пашу, а потом вновь таращится на меня. Явно же не ожидал такой подножки от судьбы. А Паша… суров и серьезен. Смотрит прямо, сжигая этого фантазера на месте своим взглядом.

— О… Так вы… И вы… Извините, — прячет он глаза и убегает.

Паша подходит ко мне совсем вплотную и обнимает за талию. Понятно же, что всем показывает, что я его, чтобы больше никто не сунулся проверять удачу.

— Паш, успокойся, — глажу я его по щеке. — Ничего не случилось.

— Он приставал к тебе! Как это ничего не случилось?!

— Такое бывает. Все хорошо. Я и сама могу за себя постоять, — осторожно целую его в губы, приподнимаясь на носочки, чтобы не испачкать своей помадой.

Тем временем нас зовут на интервью. Мы с Пашей сидим рядом на диванчике, а ведущая напротив нас на стуле. Вокруг много света и камер. Будто насквозь пытаются нас разглядеть. Но Паша рядом и держит меня за руку, это хоть немного успокаивает.

Задают обычные вопросы. Спрашивают про фирму Паши, как идут дела, какие планы на будущее и есть ли желание реализоваться в другой сфере, помимо юридической. Дальше спрашивают, как мы с ним познакомились. Что-то спрашивают у него, какие-то вопросы адресуют лично мне. Узнают, как я отнеслась к Паше в первую нашу встречу, как отреагировали родные. Вроде бы и правда — ничего страшного не происходит. Также задают несколько вопросов касательно свадьбы, но Паша быстро сворачивает все эти разговоры.

На этом интервью заканчивается. Нас приглашают на светлый фон, чтобы сделать пару снимков. Мы с Пашей стоим рядом, и он меня обнимает. Потом смотрим друг другу в глаза. Оба не сдерживаемся и смеемся, потом нас просят поцеловаться. Выходит слишком нелепо. Я не могу себя пересилить и серьезно отнестись к происходящему. И, видимо, понимая, что большего нас не добиться, благодарят и проводят к выходу.

— А ты боялась, — запоздало поддерживает меня Паша.

— Да. И все еще боюсь.

— А теперь то чего? — Смеется он.

— Неизвестно, что напишут. Вдруг все выставят так, как… не то, как есть на самом деле.

— Кисуль, не переживай, все напишут правильно. Иначе интервью бы не состоялось.

— Как ты меня назвал? — Пропускаю я все остальное мимо ушей.

— Кисуля. Тебе не нравится?

— Это… неожиданно.

— Сам не знаю, что на меня нашло. Просто смотрю на тебя. И ты такая киса.

— Ты лучше на дорогу смотри.

— Это обязательно. Я же хочу, чтобы с тобой все было хорошо.

Больше я не возмущаюсь. “Киса” меня не коробит. Даже приятно, что я вызываю у Паши такие эмоции и ассоциации.

Только мы приезжаем домой, сразу ложимся спать. Незнакомые дела и не покидающее ощущение ответственности за нас обоих, сильно вымотали меня. А Паша просто в качестве поддержки ложится со мной рядом и обнимает, хотя с удовольствием потратил бы время с пользой и сел работать. И его поступок многое для меня значит. Он отказывается от всех своих дел ради того, чтобы побыть со мной, когда это действительно нужно. Просто удивительно, неужели я и правда на него так влияю?