Книга Магический очаг, Донат и я, страница 34 – Ингрида Пюли

— Я не идеальна. Я боюсь, сомневаюсь, иногда вру себе. Но я здесь. Я хочу быть здесь. И я готова жить с этим.

Очаг вздохнул.

И внезапно загорелся.

Не как в прошлый раз — ярко и шумно. А ровно, тепло, золотисто, как будто он всегда здесь был. Пламя лизнуло мои руки, и я почувствовала — приняла. Меня. Со всеми страхами, ленью и недоделанными делами.

Донат прыгнул ко мне на руки. Слоня зажужжал, пуская пыльные искры.

А в дверь постучали.

Я открыла. На крыльце стоял Борис. Он не уехал — ждал у калитки. Как объяснил позже за чаем: «не хотел мешать магическим потокам, смешивать свой и мой».

— Я услышал, — сказал он. — Как гореть стало, почувствовала, решил вот убедиться.

— Вы не ушли. Я думала, признали меня безнадёжной, кинулись строчить отчёты.

— Я не мог. — Он посмотрел на меня. — Я должен был убедиться, что вы сами придёте к правильному решению.

— Я пришла.

— Я знаю.

Он улыбнулся. Впервые по-настоящему беззаботно, оказывается, он так умеет.

— Значит, всё получилось?

— Да, — ответила я, глядя на огонь. — Получилось. Потому что я перестала бояться быть несовершенной.

И Очаг, словно услышав, полыхнул ярче. А я поняла: бытовая магия — не в формулах. Она в том, чтобы позволить себе быть настоящей. Даже когда страшно, лень и хочется плакать.

И, кажется, я начинала этому верить.

Глава 18

Огонь в камине горел ровно и спокойно. Не буйно, не ярко, а так, будто он всегда здесь был. Как старый пёс, который наконец-то узнал свою хозяйку и понял, что ничего не поменялось с тех времён, когда его принесли сюда щенком, и можно просто продолжать посапывать на коврике возле камина.

Некоторые вещи остаются неизменными. К счастью.

Я сидела на полу перед Очагом, обхватив колени руками, и просто смотрела. Донат устроился у меня на коленях, урчал и периодически подёргивал ухом. Слоня стоял в углу, припаркованный к розетке, и тихо жужжал во сне.

— Вы не спите? — раздался голос из кресла.

Я вздрогнула. Борис.

Он не уехал. После того как я открыла дверь и увидела его на крыльце, он зашёл, сел в кресло у окна, и… остался. Не говорил, не комментировал, просто сидел и смотрел на Очаг.

— Я думала, вы уехали, — сказала я. — Вы же сказали, что у вас отчёт.

— Отчёт подождёт, — ответил он. — Очаг нужно укрепить. Я должен убедиться, что он не погаснет снова.

— Вы мне не верите?

Он помолчал.

— Я верю в Очаг. И в то, что вы его зажгли. Но магия, Мирослава, это не разовое действие. Это привычка. Теперь вам нужно научиться жить с ним. Каждый день. Каждое утро. Иначе он снова уснёт. А за ним — и весь район.

Я не стала спорить. Он был прав.

И, честно говоря, я была рада, что он остался. Не потому, что он что-то делал — он просто сидел в кресле и читал какую-то старую книгу из бабушкиной библиотеки, но его присутствие делало дом менее пустым.

Более завершённым. И ещё я действительно боялась, что как только Борис уйдёт, Очаг погаснет снова.

После стольких усилий и времени на них потраченных, это было бы обидно! Я уже продлила отпуск за свой счёт, я должна выйти победителем из этого соревнования!

— Хорошо, — сказала я. — Тогда я пойду доделаю ужин. Вы будете?

— Буду.

— Вы же ничего не ели с утра?

— Я не голоден. Привык питаться нерегулярно, — мягко сказал он, но в глаза не смотрел. Я кожей чувствовала, что он хочет есть, и чтобы эту еду приготовила я.