Книга Попаданка для дракона. Факультет гарпий, страница 13 – Ингрида Пюли

Ректоресса с холодной улыбкой села на место и снова приняла отрешённый вид.

Жилка, будто только этого и ждала и немедленно приступила к отбору.

Она молча подошла к первому ряду и попросила девушек вытянуть левую руку вперёд ладонью вверх. С нашего места не было видно, что происходит дальше: вставать без разрешения правилами не дозволялось.

Девушки сидящие впереди поочередно вскрикивали и тёрли свои ладони. Зал хранил молчание, весь обратившись в слух. Только ректоресса и два её заместителя, казалось, не проявляли никакого волнения, будто происходящее — из тех случаев, которые повторяются из года в год, переставая быть чудом.

Соль проходила между рядами и, едва касаясь позолоченной указкой нежной девичьей кожи, отправлялась дальше.

Зал начал гудеть, как растревоженный улей. Рука болела и ужасно чесалась, будто внутри находилось что-то живое, прогрызающее себе путь наружу.

Я скосила глаза на Далиду, делающую вид, что её это ни капельки не беспокоит, но было заметно, как она морщится от боли. А потом я заметила знак, похожий на рисунок тёмных крыльев на ладони суккуб.

Рисунок проступал всё чётче, уже было отчётливо заметно каждое перо, словно он готовился ожить.

— Как красиво, — я нарушала молчание. — И очень подходит к твоей тату. Ну, той, что на груди.

— Покажи, что у тебя. Давай же!

Я раскрыла ладонь и увидела такой же рисунок.

— Мы теперь вроде как одной крови, — заявила Далида с довольным видом.

— А у других что?

Скосив глаза влево, я увидела, что зеленоволосая Мара, которую в первый же день показательно наказала Соль, рассматривает на своей руке метку в виде раскидистого дуба.

Тем временем Жилка закончила странную процедуру и вернулась на трибуну, ожидая пока гул утихнет.

Мы все замерли и приготовились слушать.

— А сейчас вы узнаете, какой факультет станет вашим домом на ближайшие три года, — произнесла Соль и взмахнула указкой.

В воздухе появился рисунок волн, сотканный из синей пыли: ширясь и разрастаясь, он завис над залом, вызвав вздох восхищения, пронёсшийся по рядам и затихнувший где-то сзади.

— Факультет Сирен приветствует своих новых учениц, — произнесла Эмма, встав из-за трибуны и выйдя вперёд. — Идите сюда, не бойтесь.

Девушки потянулись к ректорессе: сначала робко и несмело выходили первые, за ними торопились и прочие, боясь отстать.

Всего вышло семеро, в числе которых была и Селена, поднявшаяся с места с таким видом, будто её символ — какая-то ошибка, которую вот-вот обнаружат

Стоило последней девушке ступить на возвышение, как рисунок распался, окутав их облаком переливающейся голубой пыли.

— За вон той дверью вас уже ждут, — произнесла Соль, показав на неприметный выход сбоку от трибуны, когда новые сирены перестали повизгивать и успокоились.

Эмма кивнула, её белоснежная рубашка совсем не пострадала от голубой пыльцы, которая сияла на коже и одежде избранных.

Настала очередь нового символа: в этот раз им было раскидистое дерево, вырвавшееся из указки Эммы.

— Дриады — воистину, современные богини, умеющие любить всем своим существом.

Эта группа была многочисленна. Я насчитала двадцать три иномирянки, в числе которых была Мара и та, кого она обидела в свой первый день здесь: тихая, но, как оказалось, талантливая рассказчица Калиста, истории которой настолько чудесны и наполнены необъяснимой прелестью, что вопреки здравому смыслу, им хотелось верить и знать, что где-то есть вечная любовь и преданная дружба.