Книга Всё начинается с нуля, страница 88 – Ания Сказ

Тётка Улимы была женщиной суровой и явно не пользовалась популярностью у местных жителей. Это чувствовалось ещё на подъезде к её жилищу, одиноким отшельником торчащему в низине под холмистой насыпью, на которой раскинулась довольно большая рыбацкая деревня Златок.

Аккуратные одноэтажные домики из жёлтого камня значительно отличались от стоящей на деревянных сваях, грубой мазанки родственницы Улимы, где чистое бельё полоскалось на ветру вместе с вяленой рыбой, сушёными травами и корешками. Никаких тебе аккуратных заборчиков, как у остальных, или чистеньких двориков с курами. Старый плетень с битыми крынками и изрытый свиньями песчаный пятак перед домом. Был даже небольшой огородик, больше похожий на заросшую сорняком поляну. Хотя что я мог знать о пользе хаотично растущих в нём трав.

От деревни в низину вела ухабистая пыльная дорожка, которую явно использовали нечасто.

— Чего надо? — Грубо проворчала фигуристая женщина средних лет с загорелым обветренным лицом, приоткрывая щербатую дверь. Природный шарм у Улимы был явно даром семейным.

— Мир твоему дому, тётушка! Это я. — Весело воскликнула Улима и лучезарно улыбнулась.

Тётушка её энтузиазма не разделила. Прищурила пронзительные серые глаза и буркнула:

— Вижу, что ты. Зачем явилась? Из дворца выгнали? Я предупреждала, останешься на улице, ко мне не приходи. Не пожалею!

Тут взгляд женщины переместился на меня. Некоторое время оценивающе скользил по моему лицу. Наконец её настигло какое-то озарение. На щеках проступили алые пятна.

Она распахнула дверь шире и грозно скомандовала:

— Зайдите, оба! Только быстрее! Не хватало, чтобы кто-нибудь из деревенских углядел.

Она ткнула мозолистым натруженным пальцем в мою сторону.

— И за что такой позор на мою седую голову…

От неожиданного заявления я даже попятился.

Хозяйка дома прошлась по скрипучим выскобленным доскам к печи и принялась ловко орудовать на полках рядом.

Голова у неё, к слову, и правда пестрела лёгкой проседью среди густых пшеничных волос, собранных в пышный пучок.

— Ну что вы, тётя, какие седины, вы ещё так молоды. — Льстиво отозвалась Улима.

— Наградил же Сущий племянницей, беспутной. Ведь устроила на тёплом месте, чего спокойно не сидится. А я ведь матери твоей обещала, присматривать клялась. Знать бы заранее, что и эта такая… Ох, я бы… — Женщина продолжила ворчать себе под нос, не переставая перебирать склянки.

Человеческий слух Улимы не мог разобрать недовольное брюзжание родственницы. Поэтому она плюхнулась на широкую лавку и блаженно вытянула затёкшие после верховой езды конечности.

— А мы тебе сейчас такое расскажем...

— Слышать ничего не желаю! — Оборвала племянницу не на шутку распаляющаяся женщина. От чего та вздрогнула, и вся подобралась.

— Ну чего застыл, как статуя? Мало мне твои кровь попортили. Чуть не умер один прямо на пороге. Иди вон в светёлку.

Там они сидят теперь. — Женщина резко указала рукой с зажатым в ней флаконом из красного стекла на низкую дверь за её спиной. — А мне с Улимой потолковать нужно.

— М-м… — Я беспокойно переступил с ноги на ногу. — Кто там сидит?

— Да эльфы, вот вроде тебя. Только не белые. — Нетерпеливо проворчала она. — Иди же, ну!

Я взглянул на Улиму, она ответила мне не менее недоумевающим взглядом. Пожав плечами, я пересек просторную комнату и толкнул указанную дверь. В лицо ударили порыв свежего ветра и яркий солнечный свет из открытого окна. После спертого воздуха в основной комнате, подобный вброс казался живительным.