Книга Всё начинается с нуля, страница 33 – Ания Сказ

— Итак, я взяла издание за последние пять столетий, посмотрите, может узнаете кого-то. — Чинно объявила Шарин и вдруг принялась испуганно меня разглядывать. — Ой, я не ошиблась? Вам же в ряд ли меньше трёхсот? — Осторожно спросила она, заглядывая мне в лицо.

Признаться, меня и самого интересовала сия сакраментальная информация.

Я смерил её многозначительным взглядом и придвинул к себе фолиант, раскрытый на портрете сурового эльфа в мехах. — Глава дома «Трескучего Мороза» — Торжественно гласила подпись. Далее следовали герб и год основания.

На соседнем листе развернулось описание достижений и подвигов славного дома и лишь внизу мелким шрифтом змеились имена других, не столь выдающихся членов рода. Я перелистнул страницу. — Глава дома «Ветряных колокольчиков.» — утонченный эльф держал перед собой два раскрытых веера. Его чёрные волосы и правда были украшены россыпью крошечных бубенчиков разной формы и размеров. Я хмыкнул, представив какой шум вокруг себя создаёт этот славный муж, когда двигается. А когда ворочается во сне?

— Кого-то узнали? — заинтересованно спросила Шарин, видя, что я уже несколько минут разглядываю портрет брюнета.

Кажется, она тоже успела задремать над очередным фолиантом.

— У этого Аэрдила вся прическа — сплошные колокольчики, — рассмеялся я. — Представляю, какая какофония стоит вокруг, когда он ходит или спит. И как он сам не устаёт. Я бы через день подстригся, честное слово.

Шарин тяжело вздохнула:

— Отто, сосредоточьтесь. Иначе нам придется торчать здесь до завтрашнего вечера.

— Да-да! — протяжно согласился из дальнего конца зала господин с моноклем.

Я вновь вперился в лежащую передо мной книгу. На очередном развороте находился статный медноволосый эльф с зелёными глазами. — Глава дома «Златозвонных осин». Жеманного типа я тут же пролистнул. Методично, лист за листом, просматривать пухлый том было откровенно скучно. Наугад открыл книгу в центре. Там, занимая собой сразу два листа, красовался помпезный парадный портрет ныне правящего амана Тхозаира, пятого своего имени из дома «Сереброликих».

Поджарый и широкоплечий, с белоснежными волосами, стянутыми серебряным обручем на лбу. Чинно восседая на резном троне, он буравил читателя тяжелым взглядом слегка раскосых синих глаз, в котором сквозила глубокая усталость от суеты мира. — Мне он показался каменно-холодным и неприятным. Был здесь и портрет наследного принца Нимдраэля. Как две капли воды похожего на отца. И такого же холодного. Разве что глаза, точный цвет которых разобрать на портрете было невозможно, еще не подернулись дымкой мудрости и осознанием собственного величия. На десятом портрете я почувствовал, что от обилия аристократических рож, зарябило в глазах. Я безучастно пролистнул справочник до самого конца.

— Здесь мне никто не знаком, — объявил я, закрывая том.

От хлопка, сладко дремавшая на толстенном атласе эльфийских земель Шарин вздрогнула и проснулась. Откинула за спину косу и сонно пробормотала:

— М-м?.. Тогда предлагаю закончить на сегодня эксперимент.

Покидали мы зал под раскатистый храп эксцентричного незнакомца с моноклем, устроившегося на ночлег среди своих фолиантов.

У двери библиотеки Шарин подошла к стойке и дернула шнур колокольчика. Перед нами возникла пышногрудая дама с крошечным пенсне на кончике носа.