Книга Всё начинается с нуля, страница 218 – Ания Сказ

А я обречённо воззвал к портрету матери: — Скажи мне, мама, как истинная дочь Нолгора, если придушить невесту до свадьбы, меня сбросят с утёса Хрод-Ширай?

Если бы я не знал, что это самый обычный портрет, нарисованный маслом, то мог бы поклясться перед статуей ясноокой, что уголки губ чернокаменной красавицы едва дрогнули в улыбке. — Отто, смотри, кто здесь. — Позвала Шарин, стоя почти у выхода.

Зачем-то бросив ещё один взгляд на колечко, я сжал вспотевшие от волнения ладони и подошёл.

Шарин пристально разглядывала холст с изображением последнего правителя Нолгора.

— Совсем на себя не похож. — Весело заметила она.

А я неожиданно почувствовал раздражение. — Завтра прикажу его снять, раз не похож.

Шарин испустила пронзительный смешок, эхом прокатившийся по галерее. — Боишься, не хватит места, чтобы повесить твой?

Я посуровел. — И твой.

Шарин смущённо потупилась.

— Как там поживает старина Люций? — Я постарался вложить в голос как можно больше отстранённой лёгкости, словно мы собрались просто попить вместе чай, а не решить судьбу наших дальнейших взаимоотношений.

— Испугавшись отцовского гнева, что не сумел найти меня, он предпочёл остаться в братстве, — Шарин пожала плечами, — теперь самозабвенно служит Сущему. Говорят, в замке без него стало куда спокойнее.

— Ты ведь не уедешь в Златавир? — Я поймал её лицо в ладони, ища ответы в ярко-голубых глазах.

— Меня ждут в Ренкхое, — промямлила она, — отец скрепя сердце согласился, что мне нужно обучение.

— А что потом? — Я не позволил ей отвернуться, мягко удержав за подбородок.

Она часто заморгала, подбирая слова, но я опередил:

— Ты нужна не только в Ренкхое, — я выставил перед ней кольцо.

Глаза Шарин расширились.

— Магическое? — Пальцы принцессы потянулись к украшению, но я отвёл руку.

— Выходи за меня.

Она нахмурилась, внимательно вглядываясь в моё лицо.

— Это что, шантаж?

— Если хочешь, — невозмутимо согласился я.

Она усмехнулась.

— Так что? — Я навис над тонкой девичьей фигуркой.

Шарин отреагировала спокойно и даже не попыталась отступить.

— Знаешь, Отто, ты мог бы и не спрашивать. Какой ещё ответ я могу дать мужчине, присланному ко мне силой провиденции? С которым успела дважды обручиться, несколько раз поцеловаться и сотню раз поругаться навсегда? Только утвердительный.

Напряжение отпустило, я счастливо улыбнулся, сгребая Шарин в охапку и приподнимая над полом.

Выбравшись из многочисленных складок моего нестандартного одеяния, она прохрипела:

— Почему в судьбоносные моменты, ты всё время одет в какие-то тряпки с чужого плеча? — Укорила она, очевидно вспомнив нашу первую встречу и безразмерный плащ Лизария.

— Ваше высочество, не порть момент. — Пробормотал я, отыскивая губы Шарин.

Но она опять ускользнула.

— Делать благородное предложение под портретом любившего меня мужчины — это одно, но целоваться — это уже слишком...

— Точно прикажу снять и сжечь! — Процедил я сквозь зубы, настойчиво припадая к самым мягким губам на свете, так просто и страстно завершив запутанную любовную историю неправильного эльфа Отто и спесивой принцессы Златавира Шарин.

В один из самых важных дней своей жизни я одиноко стоял у витражного окна, наблюдая за прибывающими гостями. Всего через каких-то несколько лун после нашего поселения в Норхиле замок начал меняться буквально на глазах. Серые пыльные стены засверкали рядами мелких серебряных снежинок, сталактиты вместо холодных и голубых оттенков вдруг приобрели радужную окраску. Мрачные окна сами с собой отмылись, избавившись от толстого слоя пыли и паутины. Вместо скучных стёкол появились разноцветные витражные картины изображающие сцены из жития древних эльфов прошлого.