Книга Всё начинается с нуля, страница 197 – Ания Сказ

— Далсинар! — Рявкнул Шелд'арин таким страшным голосом, что я диву дался, куда делись привычные лениво-мурлыкающие переливы. — Ты с ума сошёл?!

Нолгорец оттолкнул меня прочь и первым метнулся к алтарю со скоростью выпущенной из лука стрелы.

— Чтобы принять наш извечный обет не нужна её кровь! Проводить ритуал единения будем позже! — Потребовал он, разгневавшись.

— Отойди, мальчишка! — Прошипел жрец, и неожиданно всадил нож в грудь своего повелителя, по самую рукоять.

Шарин завопила ещё громче, совсем забыв про раненую руку.

— Тебя заботят лишь собственные интересы и эта человеческая женщина в твоей постели, а я пекусь о благе Нолгора. Ты не достоин звания верховного. Я ошибся, — выплюнул он дерзкие слова в шокированное лицо Далара Шелд'Арина, мешком оседавшего на пол, — когда ты не смог удержать девчонку, всё стало ясно.

Тут подоспел и я. Оборвав пламенную речь, в ярости схватил мерзавца Далсинара за горло и поднял над полом. Желтые глаза полезли из орбит:

— Если убьёшь меня, пожалеешь, — прохрипел жрец, жадно глотая воздух, — процесс уже начался. Его нельзя остановить.

— Какой ещё процесс? — Как следует встряхнул гада, и жрец задёргался.

— Я не враг тебе, — умолял он, борясь за остатки воздуха и синея с каждой секундой, — я не враг.

— Нет, ты не враг, ты хуже грязи на моих сапогах. Предатель своего эллона, — процедил я сквозь зубы и одним мощным броском отправил негодяя в ближайшую стену. Далсинар гулко ударился о шершавый камень, сполз вниз и больше не поднимался.

Впрочем, как и я. Бой и раны вконец доконали меня. Я тяжело плюхнулся на пятую точку и потер ладонями лицо.

Шарин скатилась с перепачканного кровью камня.

Подползла к рвано дышащему нолгорцу и положила голову Шелд'Арина себе на колени.

Из глаз принцессы ручьями текли слёзы. Она попыталась вытащить нож, но застонав от боли Шелд'арин перехватил её руки, отрицательно покачав головой.

Тогда Шарин раскрыла ладони над его раной, в попытке призвать магию, но как мы уже выяснили, плетения которым с малолетства учили эльфов Иллу-Валиона здесь, не работали. Принцесса зарыдала пуще прежнего.

— Отто, он хороший, помоги ему, пожалуйста, у меня ничего не получается. — Всхлипнула она, вытирая мокрое от слёз лицо единственным уцелевшим рукавом.

Вражда враждой, а танцевать на костях поверженного эльфа было ниже моего достоинства.

Я послушно добрался до лежащего нолгорца и тоже попробовал сплести нить Хейтелин. От ладоней слабо заструился свет. Но мешал проклятый нож, кажется застрявший в грудной клетке.

— Потерпи, феньяр, сейчас будет больно, — Пообещал я, хватаясь за торчащую рукоять.

Однако Далар удержал и мою руку.

— Это бессмысленно, — произнёс он хриплым свистящим шепотом. По уголку бескровных губ стекла тонкая струйка крови, — нож затронул сердце. Дольше часа я не протяну. А магия твоя здесь не работает.

На белом лбу нолгорца выступила испарина. Разговор явно давался ему тяжело.

— Ты ошибаешься, попытаться стоит, — настаивал я, — у нас ещё поединок, между прочим, не закончен.

Далар чуть улыбнулся и закашлялся.

— Ты просто не хочешь бороться! — Свирепо рыкнула принцесса.

— Талорнинг победил, — проговорил Далар тихо, ласково проводя пальцами по лицу Шарин. Желтые глаза смотрели нежно и как-то печально. Будто, в прощальной ласке, старались навсегда запечатлеть любимый образ в стекле тускнеющих глаз, — я не смог бы доверить тебя кому-нибудь менее достойному.