Книга Всё начинается с нуля, страница 119 – Ания Сказ

Внезапно мое сознание затопила волна образов. Это был вовсе не Суйда.

Вокруг меня вырос просторный зал с мраморными колоннами. Я будто стал ниже ростом. Колонны давили, возвышаясь подобно гигантам, теряясь в далеком своде потолка. Мужской холодный голос эхом отражался от стен: — время пришло. Я так страшился, и вот свершилось.

Заметив за колонной меня, съежившегося под гнетом страха и гнева, не смеющего поднять глаза, чтобы увидеть в ответ пустое равнодушие, мужчина замер, — почему он ещё здесь?! Я велел отправляться с рассветом! — Рявкнул он на съёжившихся слуг.

Те хором кинулись на меня, намереваясь силой вытолкать из зала.

Не дожидаясь, когда меня поволокут прочь, я первым выскочил из своего укрытия и заорал что есть мочи: — пропустите меня в восточные покои! Я знаю, что она там, я хочу увидеть ее!

Это был мой последний шанс изменить все. Попросить ее остаться. Отбиваясь от нескольких пар крепких рук, я заметался ещё неистовей, будто раненый на охоте олень. Послышался треск рвущейся ткани. Вырвавшись, я потерял равновесие и плюхнулся на колени перед мужчиной. В таком положении я мог лицезреть лишь полы темно-серого мундира застывшие передомной. — Отец, пожалуйста! — Внутри все дрожало от едва сдерживаемой истерики, — последний раз, ты не можешь запретить!

— Она не хочет тебя видеть, и ты это знаешь, — мужчина повернулся спиной, предоставив мне возможность разглядеть заднюю часть строго мундира и начищенные до блеска голенища сапог, — ты немедленно отправляешься к Ирлиану. Я не могу потерять еще и сына.

Слуги с новыми силами ринулись в атаку и за ноги протащили мою извивающуюся тушку к дверям.

В отчаянии я попытался ухватить отца за край брюк, но лишь оцарапал пальцы о грубую ткань:

— Ты не можешь так поступить?! Это же мама! Я хочу знать почему она бросает меня! Если это всё из-за тебя, тогда мы уйдём вместе! — Рычал я, неистово цепляясь пальцами за равнодушный холодный пол, сверкающий в свете люстр. Этим он очень походил на отца, с куском мрамора вместо сердца.

Между тем резные белые двери громко захлопнулись, вернув меня на палубу корабля. Некоторое время Финиэл все еще пристально и как-то недоверчиво смотрел на меня, затем шумно выдохнул: — Наверное это действительно страшно — пережить предательство самого близкого человека, — сухо констатировал он очевидный факт, сжимая и разжимая тонкие кисти и пальцы. — А знаешь, Отто, я передумал. Я хочу оплату за то, чему научу тебя.

— Так я и думал. — С моих все еще дрожащих губ слетел тяжкий вздох.

Я постарался взять себя в руки, нельзя раскисать от одного лишь детского воспоминания. Пусть и очень болезненного. Нужно понять, что может произойти в случае моего отказа дать Финиэлу то, что он хочет.

Я мельком глянул на беспечного, увлеченного игрой Кирэля. Сможем ли мы вдвоем, в случае чего, справиться с таким количеством матросов, а главное — с их начальником? Очевидно, что нет. В каюте отдыхают Кайвин, Улима и пожилая ромарка. Все они могут стать обузой в подобных обстоятельствах.

— Не переживай, это случится не сейчас, — поспешил успокоить меня Финиэл, лучезарно улыбнувшись, — когда ты будешь готов, я попрошу у тебя пустячную услугу. И ты мне не откажешь.

Он вновь обезоруживающе улыбнулся. И мне ничего не оставалось, кроме как улыбнуться в ответ. — А теперь пойдём, покажу тебе как узреть самые сокровенные думы той златокудрой красавицы, что ты принёс с собой.