Книга Развод с Некромантом: Верни Моё Сердце!, страница 86 – Виктория Северина

— Возможно.

— Вы совсем ненормальный?

— Иногда мне это говорят.

Она встала так резко, что стул отъехал.

— Это не смешно!

— Я и не смеюсь.

— Вы говорите о собственной смерти так, будто обсуждаете погоду.

— А как надо?

— Хотя бы бояться!

Он замолчал.

Мирель вдруг поняла.

Не то чтобы Рейвен не чувствовал страха вообще.

Просто вопрос поставил его в тупик.

— Вы не боитесь? — спросила она уже тише.

— Боюсь иногда.

— Чего?

Он подумал. — Не успеть.

— Что?

— Закончить работу.

Мирель почувствовала холод.

— Я не спрашиваю о работе.

— А я отвечаю.

— Если вам скажут, что завтра умрёте, что вы потеряете?

Рейвен нахмурился.

— Мирель.

— Ответьте.

— Дом.

— Вы в нём семь лет не жили.

— Значит, не дом.

— Людей?

Он промолчал.

— Есть семья?

— Нет.

— Дети?

— Нет.

— Женщина?

— Нет.

— Друзья?

Рейвен посмотрел на неё уже почти раздражённо. — Несколько.

— По ним будете скучать?

— Если умру, вряд ли.

— Прекратите.

— Вы сами спросили.

Мирель вдруг почувствовала не злость.

Что-то хуже.

Пустоту в его ответах.

Не ту магическую, которой боялась для себя. Другую. Добровольную, выращенную годами.

— Вы правда считаете, что ваша жизнь почти ничего не стоит, — сказала она.

Рейвен отвёл взгляд.

Это было признанием.

— Не почти ничего.

— А сколько?

— Достаточно.

— Для чего?

— Чтобы тратить, когда необходимо.

Мирель долго смотрела.

Вот человек, который говорил ей: не отдавайте свою жизнь чужой связи.

И одновременно собственную измерял как запас, который можно расходовать.

— Вы понимаете, насколько это похоже на логику Адриана? — спросила она.

Рейвен резко поднял глаза.

— Я просил не сравнивать.

— Теперь сравню честно. Он решил, что моё сердце можно использовать ради его жизни, потому что так устроена система. Вы решили, что ваше тело можно использовать ради чужой свободы, потому что так устроена ваша работа. Разница только в том, что в первом случае решение принял он, а во втором — вы сами.

Рейвен молчал.

— И это важная разница, — добавила Мирель. — Огромная. Но она не делает вашу жизнь дешёвой.

— Я не говорил, что дешёвая.

— Только ведёте себя так.

— А вы сейчас что делаете?

— Что?

— Пытаетесь решить, сколько риска мне разрешено принимать.

Мирель замерла.

Вот удар.

Точный.

Она почувствовала, как злость снова поднимается, но вместе с ней пришло неприятное понимание.

— Я не…

— Именно, — перебил Рейвен. — Вы хотите, чтобы ваш муж перестал решать за вас, но готовы решить за меня, что моя работа слишком опасна и я должен ценить жизнь так, как удобно вам.

— Не удобно мне.

— А кому?

Мирель открыла рот.

Не ответила.

Потому что да.

Ей было страшно.

Вчера она увидела его кровь и теперь хотела исключить возможность повторения.

Для него.

Конечно.

Как Адриан всегда делал для неё.

Для её блага.

Мирель медленно села.

— Хорошо, — сказала она.

Рейвен нахмурился. — Что хорошо?

— Вы правы.

Он явно не ожидал.

— Не полностью, — добавила Мирель. — Не радуйтесь.

— Уже перестал.

— Я не имею права запрещать вам рисковать.

Рейвен кивнул.

— Но имею право сказать, что считаю это безумием.

— Да.

— И злиться.

— Да.

— И не хотеть, чтобы вы умирали.

На этот раз он не ответил.

Мирель смотрела на него.

— Вот это вам уже не нравится.

— Это ваше дело.

— Нет. Я хочу услышать.

Рейвен опустил взгляд на руки.

— Мне не привыкать, что люди не хотят моей смерти.