Книга Сеть Гефеста, страница 86 – Александр Андрюхин

— Потому что она вам позвонила.

— Ах, поэтому? – горько усмехнулся свидетель. – Отношения у нас были дружеские. И совсем не близкие. Я бы даже сказал, прохладные. А почему позвонила мне? Не знаю почему. Может, потому что больше было некому.

— Как некому? – удивился следователь. – А мужу?

Но муж погибшей ничего прояснить не мог, потому что тоже исчез. Причем исчез за пять дней назад до этого происшествия.

— В последний раз мы его видели восьмого января, – развел руками директор ресторана. – Он отработал смену и в восемь вечера, как положено, отправился домой. С тех пор он больше не появлялся.

— А у его жены вы не интересовались, куда он делся? – спросил следователь.

— Конечно интересовались, – ответил директор. – Как мне доложили, до жены дозвониться не удалось, а квартирная хозяйка сообщила, что Сергей дома не ночует. Так что где он, она не имеет понятия.

— И жена тоже дома не ночевала с восьмого числа? – напирал следователь.

— Нет, жена как раз ночевала. Но с девятого января она почему-то перестала ходить на работу. Мы звонили к ней в «Комус», и нам сказали, что у нее какие-то семейные неприятности. Словом, мы не поняли, что у них происходит в семье, но ясно одно: что-то происходит.

Следователь позвонил в центральный офис «Комуса», и там подтвердили, что Надежда Аресова после новогодних праздников перестала выходить на работу. Хотя восьмого числа во время новогодних каникул она отработала полный день, заключив два серьезных контракта. Восьмого января в половине девятого она отправилась домой. В тот день, по словам охранника, Надежда очень боялась опоздать на электричку. Однако на следующий день, который был рабочим, Аресова на работу не вышла и никаких звонков с просьбой об отгуле от нее не поступило. Это было более чем странно, поскольку она слыла дисциплинированным работником.

От ее квартирной хозяйки ничего добиться не удалось, кроме того, что дома Надя с восьмого числа не появлялась. Что касается попыток дозвониться ей на сотовый, то звонки, кажется, проходили, но она на них не отвечала.

Между тем криминалисты на лоджии двадцать второго этажа обнаружили бурые пятна. И без экспертизы было ясно, что это следы крови. Причем не более двухдневной давности. «Эта кровь могла быть только пострадавшей – соображал следователь. – Не исключено, что перед тем, как сбросить ее вниз (а что ее сбросили, в этом сомнения не было), несчастную шмякнули головой о стену. Вот почему никто не слышал криков».

Однако зеленоградского следователя сильно смущало то обстоятельство, что предполагаемых убийц никто не видел. А ведь, по словам свидетеля Саврасова, он стоял на крыльце подъезда до тех пор, пока не подъехала милиция. А другого выхода из подъезда, кроме как через это крыльцо, не было. Хотя, впрочем, на три минуты Саврасов все-таки отлучался домой, чтобы успокоить жену. Скорее всего, в этот промежуток времени убийцы и могли выскочить на улицу.

Последнее, что успел установить следственный отдел зеленоградской прокуратуры, – что Аресов в данный момент не находится у родителей в Сергиевом Посаде и что к ним он в ближайшее время не собирался. После этого следователь намеревался допросить хозяйку квартиры, у которой снимали комнату супруги Аресовы, но внезапно позвонили из Московской городской прокуратуры.