Книга Сеть Гефеста, страница 12 – Александр Андрюхин

— Кто там? – спросила Валентина Петровна, схватившись за собачку замка.

— Откройте, это милиция, – ответили из-за двери.

— Милиция? – удивилась Валентина Петровна. – А в чем дело?

— Виктор Фатунов ваш сын?

— Мой! – вздрогнула женщина, чувствуя, как внутри все сжимается от страха.

— Его только что убили.

— Нет, этого не может быть! Вы ошиблись. За что его убивать? – точно помешанная повторяла Валентина Петровна, когда милицейский уазик летел по ночным улицам. – Он никому ничего плохого не делал. Его все любили в школе, в институте, во дворе. И на работе любят. У него через две недели свадьба. Вы сказали, что убитый найден в семидесяти метрах от собственной машины? Ну, так это точно не он. Зачем ему так далеко отходить от своей машины. Нет, это не он. Я в этом уверена! На сто процентов уверена, что не он.

Сидящие по бокам милиционеры молчали и отводили глаза. Женщина с дрожащим подбородком всматривалась в них и продолжала причитать:

— Он поехал к своей невесте, Анжелике. За что его убивать. Он совершенно не агрессивен. Ни в какие драки никогда не ввязывался. Это такая порода. Он у меня очень хороший сын. Послушный. Умница. Школу закончил с отличием, институт – с красным дипломом. Увлекается фотографией. В четвертом классе занял первое место среди фотографов Ростова. Кстати, он и поехал с фотоаппаратом. Скажите, у убитого найден фотоаппарат?

— Фотоаппарат? По-моему, нет, – неуверенно ответил сидящий впереди сержант.

— Вот видите! – обрадовалась женщина. – Значит, это не он. Я говорю вам, что не он. Он сейчас у Анжелики…

— Фотоаппарат дорогой? – спросил сержант, не поворачивая головы.

— Дорогой, – кивнула женщина. – Хотя и любительский. Называется «Пентакс». Витя купил себе «Никон», профессиональный. А этот решил продать… – Женщина осеклась и испуганно посмотрела на сидящего рядом милиционера. – А что, могут убить за фотоаппарат? Вообще-то он не настолько дорогой. Витя купил его за 800 долларов. Столько стоит новый. А он снимал им не больше года.

Сидящий рядом милиционер отвернулся. Сержант с переднего сиденья ответил:

— Идиотов много. Я уже ничему не удивляюсь.

Через десять минут милицейский уазик прибыл на место происшествия. На шоссе около пятиэтажного дома стояла белая «четверка» с распахнутыми дверцами. Вокруг нее копошились эксперты. Еще милицейский уазик не успел затормозить, а женщина срывающимся голосом закричала:

— Да это же машина Витеньки! Что же это делается? Боже, пожалей нас, грешных!

Через две минуты трясущуюся женщину подвели к телу, накрытому белой простыней. Когда простынь откинули, Валентина Петровна лишилась чувств. Потом ее долго приводили в себя при помощи нашатырного спирта и успокоительных уколов. После этого следователь прокуратуры протянул ей мобильный телефон.

— Узнаете?

— Да, это телефон моего сына, – простонала женщина.

— Точно? Посмотрите внимательнее!

— Я что, не знаю Витенькин телефон? Отдайте мне его?

— Извините, пока отдать не можем. Это вещественное доказательство. Мы изъяли его у задержанного.

— Где эта сволочь? – сверкнула глазами Валентина Петровна, поднимаясь с носилок. – Я хочу посмотреть ему в глаза.

— Успокойтесь, Валентина Петровна, – мягко произнес следователь, усаживая ее на место. – Его увезли. Так вы говорите, что у вашего сына был с собой японский фотоаппарат?