Книга Поспорив с судьбой, страница 7 – Изабелла Шампанская

Но вот приехали домой. Роберт отнес документы, которые ему отдал Ен, в кабинет и вернулся в гостиную, посреди которой растерянно стояла Джессика и смотрела в одну точку, а потом села в кресло, посмотрев на Роберта.

Он молча подошел к столу, положив в бокал два кусочка льда, налил виски и стал пить. А потом сказал, посмотрев на Джессику: — С кем ты была этой ночью? Думаешь, что я поверил в твои сказки про прогулки под луной?

— Я тебя сказала правду, а верить или нет, это твое дело, — ответила Джессика — Мне надо принять душ с твоего разрешения.

И она ушла наверх, понимая, что Роберт что-то подозревает. Ей не хотелось видеть Роберта и разговаривать с ним на такие темы.

Пресса снова стала писать о Джессике Аткенсон, но сама женщина не давала больше интервью и не общалась с журналистами, стараясь всячески их избегать. После шести месяцев ухода из Белого дома, она снова становилась знаменитой. Журналисты припомнили ей роман с бывшим супругом Диего Ди Карло с которым женщина продолжала встречаться в тайне от мужа, который уже начал снова ее подозревать в измене и лжи.

Но Роберт закрывал глаза на эти сплетни и простил Джессику, думая, что это только домыслы злых языков. Джессика любит его и не может изменять с другим мужчиной. Они давно ругались и ссорились, и каждый раз было все трудней скрывать от людей, особенно от журналистов, которые всюду преследовали Джессику.

Роберт был сильно занят работой и мало уделял времени жене. Поэтому Джессика снова ударилась в измену и любовную связь, скрывая свои похождения от мужа. Скоро выяснилось, что она беременна, хотя врачи и утверждали, что Джессика бесплодна и не сможет иметь детей вообще никогда. И она уже смирилась со своей участью как с чем-то неизбежным.

Джессика не догадывалась о беременности. Ей впервые стало плохо во время ужина в доме родителей, когда они через месяц к ним приехали. Внезапно у Джессики закружилась голова и потемнело в глазах. Она не хотела уезжать, но не могла ослушаться мужа и поехала с ним к родителям, хотя сильно скучала по Диего, обещав сегодня же ему позвонить.

Женщина хотела уединиться, чтобы позвонить Диего и снова услышать его голос. Они только сегодня приехали, а Джессика уже скучала по Диего.

— Что с тобой, дочка? — спросила Анна, заметив, что Джессика вдруг побледнела, как полотно.

— Что-то мне нехорошо, — ответила Джессика, схватившись за голову, — это, наверное, от жары. Пойду, прилягу.

— Я тебя провожу, дочка.

— Не стоит, мама. Я сама дорогу знаю. — Джессика поднялась в спальню и прилегла на кровать.

Она еще не знала, что беременна и во всем винила жаркую погоду, что установилась этим летом в Нью-Йорке. Женщина легла на кровать, закрыв глаза. Зной был нестерпимым и даже не спасали распахнутые настежь окна и кондиционер, который стоял в спальне.

— Не понимаю, что произошло? Она вдруг так побледнела, — с тревогой в голосе проговорила Анна. — Может, завтра показать ее врачу, если ей не станет лучше?

— Я думаю, что это пройдет, — ответил Ен. — Я в кабинет. Много работы. Извините.

Анна в самом деле стала сильно тревожиться за дочь. Женщина всегда была восприимчива, если дело касалось ее близких и дорогих ей людей. Джессика часто ругалась на мать, если та плакала или начинала причитать в ее присутствии.