Книга Цветы на ветру, страница 5 – Изабелла Шампанская

— Сынок, может, вы с Лерочкой помиритесь? — спросила женщина.

— Нет. У нас ничего больше быть не может, — ответил Никита. — Я люблю Диану.

— Я не могу Лере запретить появляться в нашем доме. Это будет нечестно по отношению к её родителям.

— Мама, я знаю и не прошу её выгонять. Ладно, мне пора работать. Ника, ты со мной? — обратился он к сестре, которая допивала свой сок.

— Удачи вам! — проговорила Таня, увидев, как заспешила дочь, чтобы поспеть за братом.

— Пока, мамочка! — крикнула девушка и умчалась за братом.

Алик Гусаров принёс документы. Женщина уже находилась на своём рабочем месте. Он тоже был другом её сына Никиты, заслужил доверие Татьяны и теперь стал почти её правой рукой. Он часто бывал на ужине в их доме, был женат, имел дочь Полину и был счастлив в браке с женой Ксенией. Та была высокой стройной красавицей с зелёными глазами и мягким характером, тоже работала вместе с мужем. Полинка отлично училась в университете последний год на адвоката, мечтала скорей закончить учёбу и защищать людей, ведь в этом мире так много несправедливости. По характеру она была боевой, готовой любому дать отпор.

— Как дела? — улыбнулась Таня.

— Хорошо, — улыбнулся Алик в ответ красивой женщине и сел за стол напротив. Он был доволен жизнью: дела шли успешно. В браке преуспел, да и в жизни тоже.

— Я рада за тебя. Что-то утром я не видела Ксюшу?

— Она приедет позже на работу. Я принёс документы по строительству. Может, глянешь?

— Давай посмотрю.

Лена находилась в комнате дочери и в который раз говорила, что это не их дом. Они здесь вынуждены жить по воле человека, который обрек их на такую жизнь, терпеть Соню, родную сестру, и её несносного сыночка Костеньку.

Костя не питал любви к женщинам, считая их приживалками в чужом доме, но вынужден был терпеть их присутствие ради матери, которая обожала Диану. Он был правой рукой матери на фирме и баловнем судьбы. У него было много женщин, которые его обожали и боготворили. Парень чувствовал себя хозяином жизни и мог позволить себе даже азартные игры — что случалось крайне редко, уже давно избавился от этой пагубной привычки, так как обещал матери, иначе он распрощается с фирмой навсегда, а этого ему очень не хотелось.

Диана смотрела на мать, прекрасно понимая её положение в доме тёти. Ей никогда не нравился Костя с его буйным характером: она считала, что ему всё позволено. Они почти не общались.

— Мама, не нужно так расстраиваться, — сказала она. — Скоро я стану женой Никиты и буду очень счастлива с ним. В его доме меня любят и хорошо принимают, а Татьяна Михайловна считает меня дочерью.

— Я очень рада за тебя, дочка, — улыбнулась Лена. — Хоть ты будешь счастливой, деточка моя. Я так сильно тебя люблю, как никого на свете!

— Я тоже тебя люблю, мамочка! — ответила Диана и обняла мать.

В это самое время Соня со своим сыном Костей находились в гостиной и разговаривали.

— Мама, ты любишь Диану больше, чем меня, — сказал тот, наливая виски в стакан. — Я скоро буду тебя к ней ревновать.

— Не говори глупости, — отмахнулась Соня. — Ты мой сын, и я люблю тебя больше.

— Хоть на том спасибо, мамочка.

— Она — моя племянница, а ты — мой родной сын. Разницу улавливаешь?

Сверху спустилась Диана.

— А вот и наша красавица! — увидев сбежавшую по ступенькам девушку, улыбнулась Соня. — Как дела, милая?