Книга Как пережить сорокет, если в душе тебе 18, страница 1 – Елена Иваненко

Война девочки и тётки

— Сорок лет – ума нет! – возмущённо подытожил муж лекцию о нецелесообразности ночёвки на пляже. – Встречать рассвет, валяясь пьяной на песке вместе с другими алкашами фестиваля «Казантип» – самая идиотская идея из всех твоих идиотских идей, Лена!

— Не сорок, а тридцать девять с хвостиком, – пьяненько расстроилась я, вытирая выкатившиеся на глаза слёзы от обиды на неизбежность возраста.

— Тридцать девять лет и роскошный хвост из десяти месяцев, – напомнил Димон, безуспешно пытаясь увести жену из пляжного уличного бара, где я отплясывала несколько часов подряд вместе с другими заводными посетителями “Барсука”.

— Мог бы и не напоминать, что через полтора месяца я с твоей помощью превращусь в сорокалетнюю унылую тётку и уже никогда не захочу встречать рассвет на берегу моря с пивом и танцами! Сейчас мой последний шанс! – зарыдала я.

****

— Ленка, я с ужасом представляю, что однажды мне стукнет по башке сорокет. И я сразу окочурюсь в ворчливую старуху! Тебе перевалило за сорок, но ты до сих пор молодая и озорная коза, готовая на любой кипиш. На серьёзную даму ни фига не тянешь. Как тебе это удаётся? – часто спрашивают меня молодые подруги.

— В каждой из нас живут две сущности: юморная, легкая на подъём девчонка и неповоротливая постная тётка. Побеждает та половина, которую мы кормим.

Девочка питается танцами, песнями, смехом и жидкостями. Тётке дают силы ворчание, сплетни, критика и сытная еда. Иногда внутренняя Фрекен Бок побеждает даже молодых. Война девочки и тётки во мне длится по сей день. И много дурацких стереотипов полегло в ней, – улыбнувшись, отвечаю я.

— Например, каких?

— К примеру, привычка думать, что в сорок похудеть невозможно или плясать ночью на дискотеке без мужа неприлично.

— Ленка, ты собой довольна?

— Довольство грабит у нас возможность развиваться. Я совсем не идеал, у меня куча комплексов, но я поняла главное: женщина красива и молода тогда, когда верит в это. Неуверенность в себе – прямая дорога к занудной тётке. Я пошла другим путём.

— Каким же?

— Я ищу в себе девчонку. Дорога радости и оптимизма, глупостей и приключений манит меня.

— А куда она ведёт?

— Конец общеизвестен – кладбище. Но промежуточные станции жизни мы вольны выбирать сами. Можно сразу выйти на тёткиной остановке и дожидаться прямого транспорта в последний приют. Но я выбрала весёлое путешествие по жизни, наперекор ленивой внутренней Фрекен Бок.

Тётки вокруг нас

Из детства во взрослую сознательную жизнь у меня притащилась дурацкая привычка – называть взрослых женщин тётками. Все окружающие дамы казались мне старше, серьёзнее и солиднее, чем я, скачущая по жизни легкомысленной козой.

В далекие восьмидесятые ребенок восьми-девяти лет, приходя в булочную, именно так обращался к грузной советской продавщице, непонятно каким чудом втиснувшейся в узкую щель между хлебными кассетами и прилавком.

— Тётенька, дайте пять буханок, пожалуйста, – нерешительно мямлила я, глядя в полные скуки, оттененные чем-то ярко-синим до бровей, глаза властелинши хлеба.

— Девочка, тебе зачем так много? – взирая свысока на мои тонкую фигурку, яркими губами строго вопрошала она, отмахиваясь от жары и мух газетой “Труд”.

— Бабушка вашим хлебом поросят кормит, – честно признавалась я, и чёрно-белые буханки на деревянных полках с немым укором глазели на меня пухлыми боками синхронно с окружностью тётки.