Книга Макароны с Филеем, страница 43 – Елена Иваненко

Пальцы мамаши полетели по клавиатуре. Через несколько часов работа закончилась рёвом проснувшегося сына и голодом других домочадцев.

Семилетние двойняшки до сих пор не помирились.

— А мама меня больше любит, – заявила Анфиса, увидев, что ей на тарелку достался более красивый желток, – потому что я читать люблю, а ты тупая, – подытожила она, показав язык Алисе.

Алиса с ней не согласилась, просто надев сестре на голову кружку. Анфиса, истекая остатками сладкого чая, от обиды заревела и кинула в сестру хлебом. Шестнадцатилетняя Алина злобно захохотала и просветила мелких:

— Родители меня больше вас любят, потому что я первая, но, к сожалению, не единственная.

Увернувшись от полетевшего в неё печенья, старшая ехидна скрылась в своей комнате, а младшие, получив воспитательных люлей, разошлись по углам.

Татьяна накормила мужа, прибралась на кухне и с сыном подмышкой продолжила писать.

Алексей подивился новому занятию жены и пошёл доделывать ремонт на втором этаже.

Ближе к середине дня домочадцы снова собрались на кухне и обнаружили, что обед Ивана торчит из его рта, а хозяйка заткнувшей младенца груди по-прежнему сидит с планшетом и отрешённым видом. Своих голодных близких Татьяна бездушно не заметила, как и кота Филея, нагло пристроившего меховую задницу на обеденном столе прямо перед ней, и лишь строчила что-то, тыкая пальцем в экран.

— Брысь отсюда, зараза! – гаркнул на Филея отец.

Кот и ухом не повёл, а мать, вздрогнув, очнулась, вытащила грудь из давно спящего Ивана и засуетилась с обедом.

— Что ты делаешь, мам? – заглянула в погасший планшет любопытная Алиса.

— Не трогай, – закричала мать и добавила уже более спокойно, – рассказ пишу.

— Ааа, – разочарованно потянула девочка и сразу потеряла интерес к занятию матери.

А Алина и Анфиса, напротив, изумленно уставились на родительницу.

— О чём? – спросила старшая дочь.

— Вечером узнаете.

Торопливо накрыв на стол, мамаша снова вернулась в планшет.

Кое-как дождавшись вечера, заинтригованные читающие дочери с удовольствием уселись за стол, предвкушая сказку на ночь. Алису отобрали у скачущего во дворе Макарона, отмыли и тоже пригласили в читальный клуб. Она с неудовольствием ёрзала на стуле и шёпотом возмущалась, что не успела добежать пятьдесят семнадцатый раз вокруг дома.

Младенец тоже сначала был недоволен, но когда мать начала чтение, перестал веньгать и лишь заинтересованно засучил ногами. Филей влился в общую компанию, облизывая и так идеально чистый живот. Литературу он уважал. Верхом на писателях очень сладко спалось, особенно на часто бросаемом Алиной в кровати Достоевском.

— «А где Хюррем?» – озвучила мать название рассказа, и девочки переглянулись.

Кровожадные приключения изобретательной рыжей рабыни, соблазнившей турецкого султана, любили все члены семьи. Даже отец посмотрел зимними скучными вечерами первые две части сериала вместе с женщинами. Поэтому он выглянул со второго этажа и прислушался к тому, что наваяла за день его супруга.

«Понять невыносимые страдания человека, у которого нет сестры, может только человек, у которого сестра уже есть.

Двенадцатилетняя Вика ни брата, ни сестры не имела, поэтому её власть в семье Гусевых считалась абсолютной, как правление турецкого султана Сулеймана в средневековье. Сериал «Великолепный век», смотренный ею по выходным вместе с бабушкой, научил девочку не пасовать перед трудностями и любым путем достигать поставленной цели.