Книга Жизнь с чистого листа, страница 52 – Ханна Линн

— По крайней мере, теперь мы оба знаем, что все разделили поровну, – донесся до нее голос Джайлса, и она, пробудившись от снов наяву, спросила:

— Простите, вы о чем?

— О счете. О том, что мы заплатим поровну.

— Ах да! Конечно.

— Отлично! Значит, все делим пополам.

Когда Джайлс наконец выпустил из рук серебряный поднос, Холли взяла счет и посмотрела на цифру внизу листка. Несколько мгновений она лишь бессмысленно хлопала глазами, чувствуя, что в горле у нее совершенно пересохло, зато в голове здорово прояснилось. Она даже поднесла счет поближе к глазам, чтобы удостовериться, что ей не привиделись лишние нули. Ее бросало то в жар, то в холод. Однако она заставила себя улыбнуться, подняла глаза и посмотрела на Джайлса.

— Мне придется расплатиться картой, – только и сказала она.

Четыреста фунтов! С ума сойти! Целых четыреста фунтов! В холодном свете утра, после растворимого, хоть и крепко заваренного, кофе, думать об этой сумме было невыносимо. Она, правда, заплатила только половину, но это все равно означало полных две сотни, больше, чем она обычно тратила на еду в месяц. Еще и вместе с одеждой, пожалуй. Там, в ресторане, ей на мгновение показалось, что это ошибка, что обед на двоих никак не может столько стоить. Однако сумма была четко написана черным по белому. Два пробных меню по сотне фунтов каждое и две перемены вин еще по сотне на человека.

Но этого было мало. Раз уж они договорились разделить счет пополам, Холли чувствовала себя обязанной разделить пополам и чаевые – Джайлс сказал, что обычно оставляет десять процентов от счета. Плюс такси, которое стоило еще пятьдесят фунтов. То есть приятно проведенный вечер обошелся ей в двести сорок пять фунтов! Вдобавок не далее, как вчера, она заплатила за поганый номер в «Семи гончих» сто двадцать фунтов.

Холодильник так и остался пустым, а имевшийся в наличии запас одежды оставлял желать лучшего. Рано или поздно, понимала Холли, придется все-таки подумать, как забрать те вещи, которые остались у нее в Лондоне, но в данный момент она соображала чрезвычайно плохо, голова раскалывалась от похмелья, так что с решением этого вопроса придется подождать. А вот магазин ждать не может.

Поскольку головная боль все усиливалась, да и поврежденной щиколотке нужно было дать отдых – нога, правда, почти не болела, видимо, подействовало избыточное количество анальгетиков, которые Холли приняла, борясь с похмельем, – она на этот раз решила поехать в деревню на машине. Это, конечно, проявление лени, да и с точки зрения местных жителей подобное поведение выглядит вызывающим, однако впредь она отнюдь не собиралась регулярно пользоваться здесь машиной; кроме того, она прекрасно знала, какое это хлопотное дело – припарковаться в центре Боуртона. Сегодня ей, к счастью, повезло: она сумела втиснуться на какой-то пятачок прямо напротив своего магазина. Однако стоило ей взглянуть на входную дверь, и градус ее оптимизма резко упал.

Холли в очередной раз пришлось выдержать настоящее сражение с упрямым замком, который никак не хотел открываться. Затем выяснилось, что решить возникшую проблему на месте нет никакой возможности, поскольку в магазине нет ни мобильной связи, ни интернета. Правда, наземная телефонная линия там была, но толку от нее не было никакого, и, чтобы дозвониться по мобильному до мастера по замкам, Холли пришлось выйти из магазина, поймать на улице сигнал, затем войти в интернет и отыскать там нужный номер. Это ей удалось не сразу, и, как назло, стоило ей выйти, как в магазине появлялся покупатель. Лишь в начале двенадцатого, то есть через два часа после того, как ей удалось отпереть замок, она отыскала нужный номер, но звонить пришлось по старому телефону, и она сняла трубку.